Форум » Читальный зал » Патянин С. "От Саллума до Сирта" » Ответить

Патянин С. "От Саллума до Сирта"

поручик Бруммель: Сергей Патянин От Саллума до Сирта Флот в Североафриканской кампании 1940-1941 гг Военные действия в Средиземноморье были более многообразными и сложными, чем на каком-либо другом театре. Лен Дейтон, британский историк Североафриканский театр к началу войны Территорию, на которой развернулись боевые действия, англичане окрестили Западной пустыней (Western Desert). Это название родилось в годы Первой мировой войны; так Сахару – “Западную пустыню” – отличали от Синая – “Восточной пустыни”. Эта местность включала в себя прибрежную полосу и Ливийское плоскогорье, которое в окрестностях Эс-Саллума подходит к самому берегу, а западнее и восточнее этого местечка удаляется более чем на 30 километров вглубь континента. Западная пустыня отличается крайне низкой плотностью населения. Более-менее крупные поселения – порты или местечки, напоминающие города, – встречаются лишь на побережье.Между Триполи и Александрией, важнейшими базами противоборствующих сторон, расположенными на границах театра боевых действий, относительно большими населенными пунктами были (перечисляя с запада на восток) Эль-Агейла, Бенгази, Дерна, Эль-Газала, Тобрук и Бардия на ливийской территории; Сиди-Баррани и Мерса-Матрух на египетской. В достаточной степени оборудованными портами из них можно назвать только Тобрук и Бенгази. Одна из важнейших особенностей Североафриканского театра – бедность его коммуникациями. Здесь имелось крайне мало дорог, пригодных для военных нужд. На египетской стороне единственная железнодорожная ветка тянулась от Александрии до городка Мерса-Матрух, откуда до Сиди-Баррани доходила хорошая шоссейная дорога. По территории Ливии от Бенгази до Бардии проходило приморское шоссе, между Бардией и Сиди-Баррани существовала только грунтовая дорога. Неразвитая дорожная сеть осложняла снабжение войск. “Пустыня – это рай для полководца и ад для интенданта”, - заключил будущий фельдмаршал Эрвин Роммель. Главные склады воюющих сторон располагались поблизости от главных портов – Александрии для англичан и Триполи для итальянцев, поскольку практически все приходилось завозить в Северную Африку извне, морским путем. При успешном наступлении пути подвоза грузов удлинялись, и службы снабжения не успевали удовлетворять потребности войск в боеприпасах, горючем, продовольствии и воде. В подобных обстоятельствах резко возрастало значение прибрежных морских перевозок, а чтобы иметь возможность беспрепятственно пользоваться немногочисленными портами, нужно было господствовать на море. Вступая во Вторую мировую войну, фашистское руководство Италии ожидало от своей армии очередного, после захвата Эфиопии, африканского успеха. Формальное соотношение сил в Северной Африке, казалось бы, не оставляло сомнений на этот счет. Находившимися в Ливии войсками командовал маршал авиации Итало Бальбо. Под его началом находилось 236 тысяч солдат и офицеров, 1441 орудие, 339 легких танков и танкеток, 7360 автомобилей. Сухопутные силы состояли из двух армий: 5 я армия генерала Итало Гарибольди, находившаяся в Триполитании и предназначенная для действий против французских войск в Тунисе и Алжире, включала в себя десять дивизий; в Восточной Киренаике, непосредственно против находившихся в Египте британских сил, была развернута 10 я армия генерала Марио Берти, состоявшая из пяти дивизий. Имелась также отдельная группа “Сахара” генерал-лейтенанта Себастьяно Галлина. маршал авиации Итало Бальбо Группировка Реджа Аэронаутика в Ливии – 5 я воздушная эскадра генерала Порро – насчитывала 38 эскадрилий, имевших в первой линии 266 боевых самолетов: 126 бомбардировщиков, 52 истребителя, 45 дальних разведчиков, 35 ближних разведчиков и штурмовиков, а также 8 транспортных машин. Авиационное командование Эгейского моря (генерал Чезаре де Векки) располагало еще 20 бомбардировщиками, 11 истребителями и 22 гидросамолетами. Командующий итальянскими военно-морскими силами в Ливии контр-адмирал Бруно Бривонеси имел в своем распоряжении небольшие силы. В Триполи и Бенгази находились 4 миноносца, предназначенных для сопровождения конвоев, одна канонерка и судно снабжения “Монте Гаргано” (1976 брт), официально числившееся минным заградителем. На Тобрук базировался 1 й дивизион эскадренных миноносцев, состоявший из четырех порядком устаревших кораблей типа “Турбине”, 6 я группа подводных лодок (10 ПЛ прибрежного действия), 5 канонерских лодок, переоборудованных из мобилизованных траулеров и 3 водолея. Там же находился устаревший броненосный крейсер “Сан Джорджо”, использовавшийся в роли плавучей артиллерийской и зенитной батареи. Помимо боевых кораблей, в оперативном подчинении Бривонеси находилась 143 я отдельная разведывательная эскадрилья, состоявшая из шести гидросамолетов “Кант” Z.506. броненосный крейсер “Сан Джорджо” Военно-морское командование в Ливии контр-адмирал Бруно Бривонеси Триполи: 11-й дивизион миноносцев “Чиньо”, “Касторе”, “Климене”, “Чентауро” Вспомогательные корабли и суда канонерская лодка “Алула” минный заградитель “Монте Гаргано” Тобрук: Плавучая батарея “Сан Джорджо” 1 й дивизион эскадренных миноносцев “Турбине”, “Аквилоне”, “Эуро”, “Нембо” 6-я группа подводных лодок 61-й дивизион “Сирена”, “Аргонаута”, “Физалия”, “Наяде”, “Смералдо” 62-й дивизион “Диаманте”, “Топацо”, “Нереиде”, “Галатея”, “Лафоле” Вспомогательные корабли и суда канонерские лодки “Палмайола”, “Де Лутти”, “Грацоли Ланте”, “Джованни Берта”, “Валоросо” водолеи “Лима Кампанелла”, “Полифемо”, “Тичино” Главнокомандующий британскими войсками на Ближнем Востоке генерал Арчибальд Персиваль Уэйвелл имел в своем распоряжении около 100 тысяч человек (включая австралийские, новозеландские и индийские войска), разбросанных по огромной территории. В Египте находилось примерно 36 тысяч человек, в Палестине – 27,5 тысяч, в Кении – 22 тысячи, 9 тысяч в Судане, 1,5 тысячи в Британском Сомали и 2,5 тысячи в Адене. Инструкция Высшего военного совета Великобритании от 24 июля 1939 г. требовала в первую очередь защищать Египет, оказавшийся в весьма двусмысленном положении: независимое и нейтральное государство терпит присутствие на своей территории воинских частей Британской империи, ведущей войну против Италии. При этом нужно учитывать, что 30 тысячная армия Египта не подчинялась Уэйвеллу, а антибританские настроения усложняли обстановку в тылу. Британскими войсками в Египте командовал генерал-лейтенант Генри Мэйтленд Уилсон. По его инициативе в июне 1940 года на ливийско-египетской границе, которой суждено было превратиться в линию фронта, была сформирована особая группировка – Силы Западной пустыни (Western Desert Force), командование которой принял генерал-лейтенант Ричард О’Коннору. Во время Первой мировой он воевал бок о бок с итальянцами, наградившими его Серебряной медалью за воинскую доблесть. В общей сложности под началом О’Коннора находилась 31 тысяча солдат, 120 орудий и 275 танков. Командующий Королевскими ВВС на Ближнем Востоке главный маршал авиации Артур М. Лонгмор имел в своем распоряжении в Египте и Палестине 96 бомбардировщиков, 75 истребителей (с учетом истребительной эскадрильи египетских ВВС), 24 ближних разведчиков и 10 летающих лодок – всего 205 боевых самолетов. Французы имели в Северной Африке 65 истребителей и 85 бомбардировщиков (последние преимущественно устаревших типов, постепенно заменяющиеся на американские), а также 13 бомбардировщиков, 26 истребителей и 56 машин других классов в Сирии. Система противовоздушной обороны была довольно слабой. В частности, к маю 1940 года в Египте имелось всего 4 102 мм и 38 76 мм зениток, а также четыре 40 мм “Бофорса”, причем из имевшихся орудий 22 находилось в Александрии – главной базе Средиземноморского флота. Но и там, по оценкам специалистов, “система ПВО была настолько плохой, что главную роль в ней играли зенитные орудия линкоров”. Командующий Средиземноморским флотом адмирал Э.Б. Каннингхэм вспоминал: “Когда флот находился в гавани, плотность зенитного огня была удовлетворительной. В его отсутствие дело оборачивалось совсем иначе”. адмирал Э.Б. Каннингхэм Начало боевых действий Официально состояние войны между Италией и Великобританией с Францией было объявлено с полуночи 10 июня 1940 г. Уже час спустя Королевские ВВС нанесли удары по городам и портам в Киренаике и Эритрее. На сухопутном фронте сначала было относительно спокойно. Стороны не вели активных боевых действий. Ожидавшееся со дня на день итальянское наступление генерал Уэйвелл планировал остановить только под Мерса-Матрухом, но не отказывался от беспокоящих противника атак. С первых дней войны Силы Западной пустыни вели себя весьма активно, осуществив несколько смелых вылазок тактического характера. В ночь на 11 июня подразделения 7 й бронетанковой дивизии (в будущем – знаменитые “Пустынные крысы”) пересекли границу и, ввязавшись в бой, взяли в плен 70 итальянских солдат. 14 июня британские танкисты захватили итальянские приграничные форты Капуццо и Маддалена, а спустя два дня организовали засаду на дороге, ведущей в Бардию, и уничтожили итальянскую автоколонну. В числе 88 пленных оказался командующий инженерными войсками 10 й армии генерал-майор Ластуччи. Отсутствие решительных шагов со стороны итальянской армии и ВВС утвердило англичан в мысли, что наступательные действия даже при численном превосходстве противника приносят успех. Всего же в пограничных стычках за первые три месяца боевых действий итальянцы потеряли около 3500 человек, из которых 700 были взяты в плен, тогда как потери англичан едва превышали 150 человек. “В ходе небольших по масштабу, но весьма оживленных военных действий, - пишет в своих мемуарах У. Черчилль, - наши войска чувствовали, что преимущество на их стороне, и вскоре начали считать себя хозяевами пустыни”. Аналогичной оценки заслуживают действия британского флота. Первая акция против неприятельского побережья имела место всего через два дня после объявления войны. В ранние часы 12 июня у Тобрука появились крейсера “Глостер” и “Ливерпуль” с четырьмя эсминцами. Около 04:00 они натолкнулись в темноте на четыре итальянских канонерки (вооруженных траулера), осуществлявших контрольное траление фарватера. Канонерка “Джованни Берта” отстреливалась из единственной 76 мм пушки, но была тяжело повреждена шквальным огнем с короткой дистанции и затонула час спустя. Ее командир – главный старшина Паолуччи – стал первым моряком, удостоенным высшей боевой награды Италии – Золотой медали за воинскую доблесть. Три других канонерки смогли ускользнуть под прикрытие береговых батарей и стоявшей на рейде плавучей батареи “Сан Джорджо”. Переклассифицированная из старого броненосного крейсера, древняя, но вооруженная устрашающими 254-мм орудиями главного калибра, хотя и стрелявшая неточно, она оказала несомненное сдерживающее действие на нападавших. Отход британских крейсеров, по воспоминаниям очевидцев, “был столь же стремительным, как и их появление”. И это при очевидном артиллерийском превосходстве! Впрочем, правильно оценить противостоящие силы в тех условия было трудно. Вполне возможно, что англичане считали, что имеют дело с миноносцами вместо мобилизованными траулеров, а “Сан Джорджо” опознали как более крупный и современный корабль, и потому прервали акцию, довольствуясь потоплением одной малой боевой единицы. Канонерка “Джованни Берта” Почти одновременно порт атаковали бомбардировщики “Бленхейм” 113-й эскадрильи RAF. Их экипажи доложили о попаданиях в “Сан Джорджо”, от которых корабль был якобы полностью выведен из строя, но разве могут быть достоверными донесения о результатах ночного налета? Итальянские источники говорят об обратном. Использовавшийся в качестве неподвижной плавбатареи “Сан Джорджо” оказался “крепким орешком”. Его горизонтальное бронирование усилили сложенными на палубе мешками с песком, а вокруг корпуса поставили противоторпедные сети. За семь месяцев службы в Тобруке, до тех пор пока британские войска не захватили этот порт, он отбил огромное количество воздушных атак и, в конце концов, был взорван собственным экипажем. Британские крейсера в бою В качестве ответного шага 1 й дивизион эсминцев под командованием капитана 2 ранга Руджери (“Турбине”, “Аквилоне” и “Нембо”) 14 июня совершил набег на Эс-Саллум. Подойдя к прибрежному городку под прикрытием предрассветного тумана, корабли открыли огонь, успев за 16 минут выпустить 220 снарядов. Как и следовало ожидать, из-за плохой видимости стрельба оказалась малоэффективной. Более успешным оказался второй рейд, проведенный 26 июня. Между тем, действия союзников приобретали все больший размах. Воодушевленное успехом крейсеров под Тобруком, командование Средиземноморского флота выделило для следующей набеговой операции мощное соединение под командованием вице-адмирала Тови. В него вошли французский линкор “Лоррэн”, британские крейсера “Орайон” (флагман), “Нептьюн”, “Сидней”, эсминцы “Стюарт”, “Дэйнти”, “Декой” и “Хейсти”. На этот раз объектом для нападения стала Бардия. Соединение вышло в море вечером 20 июня и в 05:48 начало обстрел, продолжавшийся 22 минуты. Для каждого корабля была выделена собственная цель. Французский линкор выпустил 53 340 мм снаряда, разрушив маяк и ангар и вызвав пожар казармы, а средним калибром подавил огонь береговой батареи (выпущено 37 138 мм снарядов). Крейсера и эсминцы израсходовали около 400 шестидюймовых и 154 120 мм снарядов. Существенного урона противнику нанесено не было, да и, судя по относительно небольшому расходу боеприпасов, основной целью союзники ставили моральное воздействие на неприятеля огнем крупнокалиберных орудий. Единственной потерей англичан стал бортовой гидросамолет-корректировщик с “Сиднея”, сбитый по ошибке “Гладиаторами” 33 й эскадрильи RAF, осуществлявшими прикрытие эскадры. В 22:00 соединение Тови вернулось в Александрию, отразив атаку пяти итальянских бомбардировщиков. ЭМ "Нембо" Ночью 22 июня эскадра вновь стала сниматься с якорей для проведения аналогичной операции против Триполи, но вскоре ее отменили по приказу из Лондона. Спустя несколько дней погиб маршал Бальбо. 28 июня Тобрук пережил несколько налетов британских “Бленхеймов”. По свидетельству очевидцев, они появлялись над городом каждые четверть часа и подлетали с запада, чтобы усыпить бдительность наблюдателей. О том, что произошло дальше, рассказал матрос Клаудио Марцола, служивший зенитчиком на “Сан Джорджо”: “Мы заметили два самолета, летевших тем же курсом, каким пользовался противник. Было сложно определить их тип, и мы открыли огонь [нужно отметить, что на батарее зениток не оказалось ни одного офицера – прим. С.П.]. Я начал стрелять из своего 20-мм автомата “Бреда”… Мы были уверены, что первый же наш залп попал в цель, но только когда самолет, оставляя за собой шлейф дыма, пошел к земле, я рассмотрел силуэт S.79. Он пронесся над нашими головами и рухнул неподалеку, объятый пламенем”. Злая ирония судьбы: как правило, “дружественный огонь” оказывается наиболее точным… Погибшего Бальбо сменил маршал Родольфо Грациани – 58-летний ветеран кампаний в Восточной Африке и Эфиопии, имевший прозвище “Убийца туземцев” после своей операции по умиротворению арабских племен в Ливии. Выход Франции из войны никак не повлиял на обстановку в прибрежных водах Киренаики. Корабли Каннингхэма продолжали время от времени обстреливать неприятельские города. 6 июля 3 я эскадра крейсеров (“Кейптаун”, “Каледон” и 4 эсминца) совершила новый набег на Бардию. Открыв огонь на рассвете с дистанции 45 кбт, британские корабли потопили в гавани были два небольших итальянских судна – пароход “Аксум” (249 брт) и бригантину “Сант-Антонио” (271 брт) – после чего, несмотря на атаку авиации противника, благополучно вернулись на базу,. Впоследствии Бардия стала излюбленной мишенью для английских корабельных орудий. 17 августа эта итальянская крепость и прилегавшие к ней оборонительные позиции были обстреляны эскадрой линкоров: “Уорспайтом” (флаг командующего флотом), “Малайей” и “Рэмиллисом” вместе c крейсером “Кент” и 12 эсминцами. Итальянская авиация в очередной раз нанесла безрезультатный удар по эскадре. Воздушное прикрытие кораблей осуществляли действовавшие с берегового аэродрома “Си Гладиаторы”. Они сбили четыре и повредили восемь из 26 участвовавших в налетах S.79 10-го, 15-го и 33-го авиаполков. Целевой район был успешно накрыт корабельной артиллерией, однако в целом эффект операции оказался, как всегда, довольно низким. Поэтому Каннингхэм решил впредь до тех пор, пока обстановка на фронте будет оставаться статичной, не привлекать крупные корабли к набеговым действиям. Средиземноморский флот у Бардии (17.08.40) Данная задача была возложена на только что прибывшую канонерскую лодку “Лэдибёрд”. Построенная в годы Первой мировой войны канонерка предназначалась для действий на реках и имела малую осадку, позволявшую смело проходить через минные заграждения и вплотную подходить к берегу. К сожалению, повреждения, полученные на переходе штормовым морем, серьезно ограничили ее скорость(см.ссылку№ 1), но два 6 дюймовых орудия делали “Лэдибёрд” весьма эффективной для оказания огневой поддержки сухопутным войскам. Позже к ней присоединилась однотипная канлодка “Эйфис”. Вместе эти два корабля составили так называемое соединение “W”, ставшее прообразом знаменитой в будущем Прибрежной эскадры. В связи с ликвидацией угрозы нападения со стороны французской группировки в Тунисе, итальянская армия начала сосредоточение в Восточной Киренаике, готовясь начать наступление на Египет. Ливийское военно-морское командование организовало регулярное сообщение между Триполи и Бенгази для того, чтобы перебросить в Киренаику часть войск 5 й армии, расположенной на границах Туниса. Увеличивающиеся объемы поступающего снабжения заставили использовать Триполи как главный распределительный пункт, поэтому в Ливии постоянно находилось несколько эсминцев и эскортных кораблей и множество вспомогательных судов. В распоряжение адмирала Бривонеси были переданы 2 й дивизион эсминцев (“Бореа”, “Остро”, “Зеффиро”) и 1 й дивизион миноносцев (“Айроне”, “Альчоне”, “Аретуза”, “Ариэль” и “Альбатрос”). Стремление итальянцев доставлять снабжение из Триполи ближе к линии фронта, в Тобрук, вдоль африканского берега небольшими конвоями и отдельными боевыми кораблями дала англичанам возможность нанести по ним удар с воздуха. Здесь с максимальной эффективностью проявили себя ударные эскадрильи авианосца “Игл”. В перерывах между боевыми выходами Александрийской эскадры морские летчики летали с сухопутных аэродромов и наносили удары по передовым пунктам базирования неприятельского флота. 5 июля девять торпедоносцев “Суордфиш” из 813-й эскадрильи FAA (лейтенант-коммандер Н. Кеннеди), поднявшиеся с аэродрома Сиди-Барани, атаковали итальянские корабли на рейде Тобрука. Истребительное прикрытие осуществляла дюжина “Гладиаторов” 33-й эскадрильи RAF. Торпедные попадания получили эскадренные миноносцы “Зеффиро” (затонул) и “Эуро” (оторван нос, выбросился на берег, позже отбуксирован в Таранто на ремонт). Кроме того в ходе налета в порту были потоплены пароходы “Манцони” (3955 брт), “Сепенитас” (5171 брт) и поврежден 15 000-тонный лайнер “Лигурия”. 20 июля шесть самолетов 824-й эскадрильи (лейтенант-коммандер А.Дж. Дебенхэм) нанесли удар по кораблям на якорной стоянке в заливе Бомба в 38 милях западнее Тобрука. Им также сопутствовал успех. Были потоплены пароход “Серено” (2333 брт) и сразу два эскадренных миноносца — “Нембо” и “Остро”. ЭМ "Остро" Месяц спустя, ночью 22 августа, звено торпедоносцев 824-й эскадрильи снова появилось над заливом Бомба. Якорная стоянка опять не пустовала. Здесь находились вспомогательное судно “Монте Гаргано”, на котором держал флаг адмирал Бривонеси, миноносец “Калипсо” и подводная лодка “Ириде”. Последняя была оборудована для перевозки человеко-торпед и готовилась осуществить диверсию в Александрии. Британские самолеты избрали “Ириде” (ст. лейтенант Франческо Брунетти) своей главной целью. Они атаковали строем клина, летя на высоте 60-70 метров, а затем снизились до 10-15 метров. Ведущий звена капитан морской пехоты Оливер Пэтч сбросил торпеду с предельно короткой дистанции, тогда как два других “Суордфиша” обстреливали лодку из пулеметов, кося прислугу зенитных пулеметов. Торпеда пробила правый борт “Ириде” в носовой части. Подводная лодка быстро затонула. На поверхности воды остались 14 человек из числа находившихся на палубе и мостике (еще семеро были спасены с затонувшей субмарины на следующий день). Между тем, два “Суордфиша” атаковали миноносец и флагманское судно. “Монте Гаргано” был потоплен, торпеда, посланная в “Калипсо”, прошла мимо цели. Таким образом, всего три самолета не только нанесли противнику урон, но и сорвали операцию неприятельских морских диверсантов. Следующей ночью англичане еще раз наведались в залив Бомба, ожидая собрать там новый урожай жертв. Утром 23 августа из Александрии вышли эскадренные миноносцы “Стюарт” (кэптен Уоллер), “Дайэмонд”, “Джюно” и “Айлекс”. Дальнее прикрытие осуществлял крейсер “Сидней”. Однако на этот раз бухта была пустой. Эсминцы обстреляли стоянку гидросамолетов, но нанесенный ими урон оказался небольшим. Тем же утром канонерская лодка “Лэдибёрд” покинула Мерса-Матрух. Незаметно проследовав вдоль побережья, под покровом ночи речной мелкосидящий корабль легко прошел по минным полям, прикрывавшим вход в Бардию и приблизился к гавани. Ситуация повторилась: рейд оказался пустым, поэтому стрельба велась по объектам инфраструктуры порта и артиллерийским позициям. Ответный огонь итальянских береговых батарей оказался неэффективным. С рассветом канонерка отошла в море, прикрываемая дымовой завесой с эсминца “Уотерхен”. 24 августа все британские корабли благополучно вернулись в Александрию. гибель ЭМ "Нембо" Успешные действия британских кораблей и торпедоносцев вынудили итальянское командование максимально ограничить использование гаваней и якорных стоянок на западе Киренаики, что еще более усугубляло проблемы со снабжением итальянских войск в этом районе и лишало флот противника передовых пунктов базирования при проведении наступательных операций. Грузы из Триполи приходилось доставлять к линии фронта автомобильным транспортом, что вряд ли могло стать адекватной заменой каботажному судоходству. Приморское шоссе, являвшееся единственной наземной коммуникацией, оказалось перегруженным, и грузовикам приходилось затрачивать на тысячекилометровый путь много времени и бензина. Близость Виа Бальба к побережью провоцировала англичан нанести по ней удар с моря. В июле 1940 года такая возможность рассматривалась на самом высоком уровне. “Длинная прибрежная дорога, – вспоминал Уинстон Черчилль, – не выходила у меня из головы. Снова и снова я возвращался к мысли о необходимости перерезать ее путем высадки с моря мощных сил... Осуществление этой операции наряду с ожесточенными боями могло бы вызвать значительное отвлечение войск противника с фронта”. Зная склонность британского премьера к военным авантюрам, можно предположить, что именно он выступил инициатором идеи, однако не нашел поддержки ни среди армейских офицеров, ни среди моряков. Формальным аргументом для отказа от проведения подобной операции стало отсутствие танкодесантных судов. Но, видимо, в действительности командующие на местах ясно осознавали невозможность собрать вышеуказанные “мощные силы”, а также проблемы, связанные с поддержкой и снабжением гипотетического десанта. Наконец, нельзя не упомянуть о вкладе в борьбу с итальянским каботажным судоходством Королевских ВВС. 3 августа “Бленхеймы” произвели первый налет на Дерну. По британским данным, было повреждено три судна, причем пароход “Лодолетта” (2822 брт) затонул в результате бомбовых попаданий. Также бомбардировщики претендуют на уничтожение одного судна в Тобруке 9 августа и одного в Дерне 27 августа, но имеющиеся итальянские данные не позволяют подтвердить заявления англичан. Однако 2 сентября в Дерне был потоплен небольшой портовый буксир “Альбериго” (17 брт). Активность итальянской авиации была существенно ниже. В частности, Александрия в течение первых четырех месяцев войны подвергалась налетам бомбардировщиков всего девять раз. Единственным судном, ставшим жертвой этих налетов, оказался киллектор “Мурстоун” (767 брт), потопленный 15 августа, но впоследствии поднятый. Осколками авиабомб был поврежден сетевой заградитель “Глэдиэйтор”, на котором погиб 1 человек. Помимо главной базы Средиземноморского флота итальянские бомбардировщики совершали налеты на Хайфу (трижды в августе и четырежды в сентябре), являвшуюся конечным пунктом нефтепровода, питавшего британскую армию и флот. 28 августа был совершен первый, пока что безрезультатный налет на Суэцкий канал. Особую тревогу англичан вызывала теоретическая возможность его минирования с воздуха, поэтому командующий районом канала вице-адмирал Джеймс Пайпон требовал усиления средств ПВО. В итоге для прикрытия зоны канала было сформировано 252 е истребительное авиакрыло, в состав которого, наряду с британскими, были включены две египетские эскадрильи. Итальянское наступление на Египет Капитуляция Франции, по расчетам Муссолини, позволяла без особого риска добиться успеха в ходе наступления на Каир, Александрию и Суэц. Однако Грациани, не страдавший манией величия, терзавшей Муссолини, сомневался в возможности намеченного дуче вторжения в Египет. Хотя теперь в его распоряжении были обе армии – 5 я и 10 я, маршал потребовал дополнительное время на подготовку операции, а также новых солдат, танков, орудий и самолетов. Дуче согласился. Ради того, чтобы тыловые службы успели поставить войскам все необходимое (пополнить запасы горючего, боеприпасов, завести оборудование для строительства дорог), можно было отодвинуть сроки наступления, но следовало обязательно начать его до того, как передовые части Вермахта высадятся на Британских островах. В начале сентября, когда начало операции “Морской лев” ожидалось со дня на день, Муссолини указал маршалу, что его армия по численности превосходит английские войска почти в десять раз, и пригрозил отстранить его от командования, если он в течение двух дней не начнет наступление. 13 сентября войска Грациани двинулись на восток. 10-я армия генерала Берти наступала вдоль побережья на 60 километровом фронте силами пяти дивизий, отдельной полковой группы и шести танковых батальонов. Одна группа шла вдоль берега к Эс-Саллуму, другая – много южнее, через пустыню, за откосом, отделяющим Ливийское плоскогорье от прибрежной полосы. В первый же день итальянцы захватили Эс-Саллум. Британских войск в городке не было, тем не менее атаке предшествовала мощная, но совершенно не нужная артподготовка. Затем, когда южная колонная через проход Халфая вышла на побережье, обе итальянские группы соединились. Намного уступавшие противнику по численности британские войска прикрытия отходили с боями. Английская артиллерия широко воспользовалась щедро предоставленными ей мишенями, и наступавшие несли серьезные потери. 16 сентября авангард итальянских войск достиг Сиди-Баррани. Утром 17 го эсминцы “Джэнес” и “Джюно” обстреляли только что захваченный итальянцами город, а позже “Джюно” и канонерка “Лэдибёрд” — Эс-Саллум. К тому времени потери англичан на суше составляли 40 человек убитыми и ранеными, тогда как противника – примерно в пять раз больше, а также около 150 танков и автомашин. Мактила, расположенная на побережье в 25 километрах восточнее Сиди-Баррани, стала последним населенным пунктом, который удалось захватить войскам Грациани. Потеря управления подвижными частями, действовавшими на южном фланге итальянской группировки, перебои в снабжении, недостаток транспорта вынудили итальянское командование 18 сентября прекратить наступление. Удлинив свои коммуникации на 60 миль, итальянцы стали закрепляться на достигнутых позициях. Тем не менее, британские войска продолжали отступать, остановившись только на заранее оборудованных позициях у Мерса-Матруха. В результате между воюющими сторонами образовалась “ничейная” зона шириной 130 км. С наступлением затишья на фронте мощная артиллерия кораблей Средиземноморского флота применялась по заявкам армии на приморской фланге лишь эпизодически. 22 сентября аэродром и скопление итальянских войск у Сиди-Баррани вновь были обстреляны эсминцами “Джервис”, “Джэнес”, “Джюно”, “Мохок”; 23-го — канонеркой “Лэдибёрд”; 25-го обстрел продолжили ...

Ответов - 3

поручик Бруммель: ... эсминцы “Джюно”, “Мохок”, “Хируорд” и “Хайперион”. “Наши бомбардировки с моря, без сомнения, имели некоторый эффект, к 26 сентября мы могли объявить, что все концентрации противника отведены вглубь территории, так что здесь стало практически нечего атаковать”, - писал Каннингхэм. Таким образом, в дальнейшем обстрелы были прекращены и вплоть до начала декабрьского контрнаступления возобновлялись лишь однажды: 25 октября канонерка “Эйфис” обстреляла позиции войск в 15 милях восточнее Сиди-Баррани. Действия британского флота и авиации против ливийских портов также на время отошли на второй план. Единственная набеговая операция подобного рода была проведена в ночь на 17 сентября. Основную роль в ней сыграли недавно прибывшие корабли. Авианосец “Илластриес” (флаг контр-адмирала Листера) и линкор “Вэлиант” в сопровождении крейсера “Кент” и 7 эсминцев вышли из Александрии 15 сентября. На следующий день к ним присоединились крейсера ПВО “Калькутта” и “Ковентри”. Ночью самолеты 815 й эскадрильи с “Илластриеса” минировали гавань Бенгази в глубоком тылу итальянских войск и нанесли удар по стоящим там кораблям. Эскадренный миноносец “Бореа”, пароходы “Глория Стелла” (5490 брт) и “Мария Эуджения” (4702 брт) были потоплены авиационными торпедами. Эсминец “Аквилоне” подорвался на свежевыставленной мине и также затонул. Повреждения от близких разрывов авиабомб получили миноносцы “Чиньо” и “Энрико Косенц”. В результате этой операции порт Бенгази был парализован на несколько дней, в течение которых снабжение итальянской группировки в Киренаике велось автомобилями из Триполи, отдаленным от линии фронта почти на 1500 километров. Авианосец “Илластриес” Возвращаясь, тяжелый крейсер “Кент” и два эскадренных миноносца подвергли обстрелу Бардию. Подводная лодка “Колларо” безуспешно пыталась выйти в атаку на британские тяжелые корабли, а занимавшая позицию у Тобрука “Сеттимо” — на два неприятельских эсминца. Единственным эффективным противодействием этому рейду со стороны итальянцев стала дерзкая атака пары торпедоносцев S.79sil из состава 278-й эскадрильи. Они добились торпедного попадания в корму крейсера “Кент” и надолго вывели его из строя; потери экипажа составили 32 человека. тяжелый крейсер “Кент” перед попаданием авиаторпеды 24-25 октября 14 самолетов 815 й, 819 й и 824 й эскадрилий FAA, действуя с береговых баз, бомбили Тобрук и минировали его гавань. Необходимо заметить, что к тому времени системы ПВО ливийских портов практически не существовало. Лишь после безнаказанных налетов на Бенгази и Тобрук Супермарина потребовала от Верховного Командования организовать противовоздушную оборону важнейших портов, так как за их прикрытие от атак с воздуха отвечала армия, точнее – фашистская милиция. Однако в этот момент армия ничего не могла выделить, и в конце концов решение проблемы пришлось взять на себя флоту. В течение двух следующих месяцев на суше и в прибрежных водах не произошло никаких достойных упоминания событий. Итальянцы готовились к продолжению наступления, завозили горючее, боеприпасы, продовольствие и остальные виды снабжения, а генерал О’Коннор, выполняя директиву генерала Уэйвелла от 21 сентября, готовил Силы Западной пустыни к контрнаступлению. Ссылка №1 По некоторым сведениям, скорость канонерки не превышала 7 узлов

поручик Бруммель: Операция “Компас” Генерал Уэйвелл всегда был весьма невысокого мнения относительно боевых качеств итальянских войск и их тактики, поэтому при первой же возможности намеревался перейти в наступление. Между тем, обстановка вокруг Египта и Ливии изменилась не в пользу итальянцев. В результате удара по Таранто и установления таким образом Королевским флотом общего господства на Средиземном море создались благоприятные условии для перехода британской армии в контрнаступление в Северной Африке В Египет и Палестину продолжали прибывать английские, индийские, австралийские и новозеландские войска, что дало возможность полностью укомплектовать хотя бы те соединения, которым предстояло нести на себе основную тяжесть сражений. Улучшилось положение с техникой. К тому же итальянцы увязли в начатой в конце октября войне против Греции, так что теперь тщательно готовящееся британское контрнаступление имело все шансы на успех. О’Коннор предлагал использовать брешь между итальянскими укрепленными лагерями, блокировать из с запада и севера и выйти к приморскому шоссе, чтобы перерезать противнику путь к отступлению и не допустить к нему подхода подкреплений. Операция, получившая кодовое наименование “Компас”, должна была продолжаться всего пять дней. Как справедливо отмечал Б. Лиддел Гарт, “удар войск Уэйвелла планировался скорее как рейд, нежели как наступление с далеко идущими целями”. К тому времени 10 й армия насчитывала в своем составе девять дивизий и отдельные подразделения, однако ее боевые порядки были растянуты; войска располагались на огромной площади небольшими изолированными гарнизонами. Загоревшая, закаленная, привыкшая к условиям пустыни и полностью моторизованная британская армия насчитывала 31 тысячу человек, 120 орудий и 275 танков. 6 декабря Силы Западной пустыни совершили прыжок более чем на 40 миль и весь следующий день лежали неподвижно в песках, не замеченные итальянской авиацией, а 8 декабря двинулись вперед! Уже к вечеру успех наступления был очевиден. Тысячи итальянцев сдавались в плен, тогда как наступавшие потеряли убитыми и ранеными 56 человек. Командир одного из британских батальонов сообщил в штаб, что он не в состоянии сосчитать пленных, но их насчитывается “около пяти акров офицеров и двести акров нижних чинов”. 10 декабря был взят Сиди-Баррани. Боеспособность и моральный дух итальянской армии упали ниже критической отметки. Германский военный атташе в Италии генерал Энно Ринтелен сообщил в Берлин: “Ливию следует считать потерянной”. Итальянцы взятые в плен у Сиди-Баррани Для содействия наступлению сухопутных войск флот сформировал соединение поддержки Сил Западной пустыни под общим командованием контр-адмирала Роулингса, поднявшего свой флаг на “Бархэме”(см.ссылку №1). Входящие в него корабли были разделены на четыре группы. Для непосредственной поддержки войск и доставки снабжения предназначалось соединение “А” (монитор “Террор” и канонерские лодки “Лэдибёрд”, “Эйфис” и “Гнэт”). На соединение “В” (австралийские эсминцы “Вэмпайр”, “Вендетта”, “Вояджер” и “Уотерхен”) возлагались задачи эскорта, патрулирования и ближней блокады. В случае необходимости к ним могли присоединиться тяжелые корабли соединения “С” (линкоры “Бархэм” и “Малайя”, 1 крейсер и 7 эскадренных миноносцев); соединение “D” (авианосец “Игл”, 3 крейсера и 3 эсминца) предназначалось для оказания авиационной поддержки. контр-адмирал Роулингс С первого дня наступления корабли соединения “А” поддерживали войска, наступавшие на приморском направлении. Монитор “Террор” и канонерская лодка “Эйфис” вели огонь по итальянским позициям в районе Мактила, а канонерка “Лэдибёрд” обстреляла Сиди-Баррани. “Суордфиши” флотской авиации, действовавших с береговых аэродромов, корректировали стрельбу кораблей и бомбили неприятельские позиции. Разыгравшийся 10 декабря шторм заставил отменить готовившуюся высадку подразделения коммандос и не позволил кораблям оказывать огневую поддержку сухопутным частям, но весь день 11 го “Террор” с обеими канонерками ходили вдоль побережья в районе Эс-Саллума, ведя беспокоящую стрельбу по городу и открывая огонь по любому движению на приморском шоссе. Ими было израсходовано 220 15 дюймовых фугасных снарядов, 600 6 дюймовых, а также большое количество боеприпасов зенитной артиллерии и даже “пом-помов”, вводившихся в действие с самой близкой дистанции. монитор “Террор” К исходу 11 декабря бои утихли. Первый эшелон 10 й армии был уничтожен, остальные войска отошли. Англичане, потеряв 133 человека убитыми, 378 ранеными и 8 пропавшими без вести, взяли в плен 38 300 итальянских солдат и офицеров, захватили 73 танка и 237 орудий. “Битва под Сиди-Баррани, - пишет польский историк Збигнев Квечень, - ознаменовала собою перелом в итало-британском вооруженном противоборстве в Северной Африке. После нее итальянцы уже не только не одержали ни одной победы на поле боя, но и вообще оказались не в состоянии самостоятельно продолжать войну”. К тому времени задачи, ставившиеся планом операции “Компас”, были полностью выполнены, но командующие тремя видами вооруженных сил решили не давать итальянцам передышки. Нужно отдать должное Уэйвеллу, сумевшему правильно оценить обстановку и вместо намечавшегося пятидневного наступления с ограниченными целями начавшему своеобразный “блицкриг” в британском исполнении. В соответствии с этим решением, монитор “Террор”, пополнивший боезапас, израсходованный в обстрелах Мактила и Эс-Саллума, 14 декабря начал систематические обстрелы итальянских позиции под Бардией, продолжавшиеся в течение трех дней. В одну из ночей он был безрезультатно атакован итальянским торпедным катером, в другую – самолетом-торпедоносцем(см.ссылку №2). В ночь на 12 декабря ударные эскадрильи авианосца “Илластриес”, действовавшие с береговых аэродромов, бомбили порт и склады в Бардии. Бомбардировщики Королевских ВВС также сделали Бардию излюбленным объектом своих атак. С 14 по 19 декабря на бомбежку крепости было совершено 150 самолето-вылетов. В самом мощном налете, произведенном в ночь на 16 декабря, участвовало 36 самолетов. В налетах принимали участие и “Веллингтоны” 148 й эскадрильи с Мальты, вынужденные переключиться со своей основной задачи из-за плохой погоды в Нижней Адриатике. В течение нескольких дней на окружавших Бардию аэродромах было уничтожено не менее 44 итальянских самолетов, а в порту 14 декабря потоплена мобилизованная парусно-моторная шхуна “Арканджело Габриеле” (27 брт). бомбардировщик “Веллингтон” На рассвете 17 декабря канонерка “Эфис” проникла в гавань Бардии и в течение часа, “словно в тире”, вела огонь по объектам на берегу и в порту. У причала было уничтожено три небольших судна: пароход “Галата” (618 брт), куттер “Джузеппина Д.” (431 брт) и бригантина “Винченцино” (190 брт). С находившегося мористее “Террора” наблюдали “столбы черного дыма, поднимавшегося над портовыми сооружениями”, свидетельствовавшие о том, что моряки “Эфиса” “неплохо провели время”. Попытка повторить дерзкий налет на следующий день была пресечена бывшими начеку итальянцами. Двигавшаяся вдоль берега канонерка буквально преследовалась мобильной артиллерийской батареей и была вынуждена отойти под прикрытием мощных орудий монитора. В ответ на просьбы армейского командования организовать противодействие обстрелам с моря Супермарина направила к побережью Киренаики три подводные лодки. Своего первого и единственного успеха они добились вечером 13 декабря. По донесению командира “Негелли” капитан-лейтенанта Ферракути, в 20:22 он обнаружил северо-восточнее Сиди-Баррани (в точке с координатами 32°37’ с.ш./26°44’ в.д.) британский крейсер типа “Саутгемптон”. В 20:36 субмарина выпустила по нему три 533-мм и одну 450-мм торпеды. Через 1 мин 35 сек после первого пуска был зафиксирован один взрыв между носовой оконечностью и мостиком. На самом деле жертвой атаки оказался крейсер ПВО “Ковентри”. По всей видимости, в него попала именно 450 мм торпеда, содержавшая всего 170 кг взрывчатки, так как ремонт корабля в не самых лучших условиях Александрии занял менее трех месяцев. крейсер ПВО “Ковентри” Расплата последовала уже на следующий день, когда эсминцы “Хируорд” и “Хайперион” обнаружили в районе Эс-Саллума субмарину “Наяде” и потопили ее глубинными бомбами. Впоследствии патрулирования итальянских подводных лодок у побережья Киренаики с целью противодействия британским кораблям огневой поддержки стали носить характер регулярных, но не были отмечены успехами. Нужно заметить, что это выглядит резким контрастом с действиями германских “у-ботов”, появившихся на средиземноморском театре осенью 1941 г. и сразу же добившихся ряда громких успехов, в том числе и у побережья Киренаики и Египта. ИТАЛЬЯНСКИЕ ПОДВОДНЫЕ ЛОДКИ, ДЕЙСТВОВАВШИЕ У ПОБЕРЕЖЬЯ КИРЕНАИКИ И ЕГИПТА “Наяде”, “Нарвало”, “Негелли” 13 – 17.12.40 у побережья Восточной Киренаики “Маласпина”, “Сеттембрини”, “Смералдо” 18 – 25.12.40 у побережья Киренаики “Дагабур” 31.12.40 – 7.01.41 у побережья Киренаики “Тембиен”, “Галатея” 1 – 12.01.41 у Дерны “Серпенте” 12 – 20.01.41 у Дерны “Дессие”, “Салпа” 21 – 31.01.41 у Дерны “Малаките” 9 – 18.02.41 у побережья Киренаики “Амбра” 19.02. – 6.03.41 у побережья Киренаики “Серпенте” 2 – 17.03.41 у побережья Киренаики “Арадам”, “Ониче” 2 – 15.04.41 у побережья Киренаики “Малаките”, “Топазо” 10 – 20.04.41 у побережья Киренаики “Сеттембрини”, “Фасалиа”, “Ондина” 20 – 30.04.41 у побережья Киренаики “Нереиде”, “Туркесе” 20 – 30.04.41 у Александрии “Ашанги” 30.04 – 12.05.41 у Мерса-Матрух Итальянская ПЛ “Негелли” Взятие Бардии 16 декабря итальянское командование приняло решение оставить Эс-Саллум, уйти из еще не захваченных англичанами пограничных фортов и начать отвод оставшихся сил вглубь Киренаики, намереваясь обороняться в крепостях. Из разбитых, но не разгромленных соединений 10 й армии был сформирован 23 й корпус, которому предстояло оборонять Бардию. В корпусе, который возглавил известный своей стойкостью генерал-лейтенант Аннибале Бергонцоли, насчитывалось около 45 тысяч солдат и более 400 орудий, так что поставленная перед ним задача казалась вполне выполнимой. Укрепленный район имел протяженность 17 миль и состоял из непрерывного противотанкового рва и проволочных заграждений с бетонными блокгаузами в промежутках, а за ними шла вторая линия укреплений. Используя орудия, снятые с итальянских эсминцев, потопленных в гавани Тобрука, флот создал несколько береговых батарей, укрепивших оборону Бардии. Между тем, к 20-м числам декабря британская 7 я бронетанковая дивизия (знаменитые “Пустынные крысы”) обошла Бардию с юга и отрезала ее от Тобрука, а 6 я австралийская дивизия заняла позиции заняла позиции южнее и западнее крепости. По численности британские войска почти вдвое уступали оборонявшимся (в частности, имелось всего 120 орудий и 23 танка “Матильда”), зато обладали таким неоценимым козырем, как мощная поддержка с моря. Немаловажным был вклад Прибрежной эскадры в снабжение наступавшей группировки. Резервуары с питьевой водой в форте Капуццо, обычно пополнявшиеся за счет водопровода из Бардии, оказались засоленными, и воду пришлось привозить из Мерса-Матруха. 21-23 декабря “Эйфис” и “Лэдибёрд” оказывали помощь в разгрузке вспомогательного судна “Фиона”, доставившего воду в канистрах. Мелкосидящие канонерки совершили множество рейсов между берегом и стоявшим на якоре пароходом. Днем позже из Александрии пришел водолей “Мириэл”, доставивший более 3000 тонн драгоценной жидкости. Пришлось выступить в несвойственной роли и “Террору”: на него погрузили еще около 200 тонн воды в канистрах. Усилия флота помогли спасти ситуацию, а к концу месяца в Капуццо был проложен водопровод из Эс-Саллума. генерал Итало Гарибольди Быстрое окружение Бардии также поставило перед итальянским командованием вопрос о снабжении войск, находившихся там. Эту работу возложили на маленькие вооруженные суда, которые, благодаря своей незаметности, имели некоторые шансы проскочить мимо дозоров англичан. Точное число совершенных ими рейсов неизвестно, но в ходе них итальянцы потеряли всего три парусно-моторных шхуны: “Цимгарелла” (190 брт), “Мария Джованна” (255 брт) и “Тиберио” (231 брт), причем две последних были захвачены в новогоднюю ночь эскадренным миноносцем “Дэйнти” (коммандер М.С. Томас)(см.ссылку №3). Между 31 декабря и 2 января бомбардировщики Королевских ВВС произвели более 100 самолето-вылетов на бомбежку Бардии, кульминацией которых стал мощный налет “Веллингтонов” 70 й эскадрильи и “Бомбеев” 216 й эскадрильи в ночь на 3 января. Авианосец "Игл" 3 января 1941 года командир 6 й австралийской дивизии генерал Маккей отдал приказ о штурме. В течение всего предыдущего дня “Террор” с канонерками вели изматывающий обстрел северного сектора обороны. Атака началась в 08:30. Один австралийский батальон под прикрытием сильного артиллерийского огня захватил и удержал небольшой участок в западной части оборонительного периметра. Позади шли саперы, которые засыпали противотанковый ров. Наступление велось силами двух австралийских бригад. На рассвете к Бардии подошли главные силы Александрийской эскадры: линкоры “Уорспайт” (под флагом адмирала Каннингхэма), “Вэлиант” и “Бархэм” под прикрытием семи эскадренных миноносцев. Эскадра должна была обстрелять северный сектор обороны и не позволить находившимся там войскам противника ударить в тыл наступавшим. От кораблей требовалась исключительная меткость, так как вокруг зоны обстрела находились свои части. Самолеты “Илластриеся” прикрывали эскадру от нападения с воздуха и вели корректировку огня. ЛК “Уорспайт” С 08:10 до 08:55 линкоры обрушили на врага шквал 15-дюймовых снарядов, тогда как вспомогательный калибр громил береговые батареи. Во время предшествующего захода на Мальту Каннингхэм обнаружил там запас 381 мм шрапнельных снарядов, использовавшихся еще в 1915 году против турок в Дарданеллах и пригодившихся снова. К несчастью, шрапнели оказались совершенно никудышными: из-за долгого лежания на складах шарики внутри снарядов приржавели друг к другу и не разлетались при взрыве. Тем не менее, линкоры оказали неоценимую поддержку войскам. Адмирал Каннингхэм писал: “Особенно эффектно это выглядело с моря – весь берег затянула сплошная пелена дыма и пыли… Поскольку все передвижения вражеских войск прекратились, стало понятно, что наша задача выполнена”. Итальянские береговые батареи спорадически вели ответный огонь, но не добились ни одного попадания. Чуть позже у Бардии появились “Террор” с “Эйфисом” и “Лэдибёрдом”: став под скалистым берегом, они открыли огонь по крепости. В ходе перестрелки “Лэдибёрд” была серьезно повреждена огнем береговой артиллерии, что, однако, не помешало ей принять участие в обстрелах Тобрука три недели спустя. Днем 4 января британские “Матильды” при поддержке пехоты вступили в Бардию, и к утру 5 января все ее защитники сдались. Было захвачено 38 тысяч пленных, в том числе 4 генерала; а также 13 средних и 117 легких танков, 462 орудия, 700 автомобилей. Генералу Бергонцоли удалось выскользнуть из ловушки на самолете. Потери 6 й австралийской дивизии составили 456 человек. Таким образом, в течение месяца Силы Западной пустыни (с 1 января 1941 г. они стали называться 13 м корпусом) разгромили 8 итальянских дивизий. Повинный в разгроме командующий 10 й армии генерал Марио Берти был снят со своей должности и 23 декабря заменен генералом Джузеппе Теллера, бывшим до этого начальником штаба Грациани(см.ссылку №4). Падение Тобрука Пока австралийцы штурмовали Бардию, 7 я бронетанковая дивизия двинулась дальше на запад. 5 января она взяла Эль-Адем (где находился крупнейший в Восточной Киренаике аэродром), на следующий день вышла к морю западнее Тобрука, окружив его полукольцом, а 7 января австралийская бригада уже стояла перед восточными оборонительными укреплениями города. Корпус генерала О’Коннора был крайне заинтересован в захвате Тобрука – порта, являвшегося крупным перевалочным пунктом и располагавшим внушительными складами. Корпусу требовалась база, расположенная недалеко от линии фронта, на которой можно было хранить большие запасы оружия, боеприпасов, топлива и продовольствия. К тому времени их доставка со складов в Александрии велась в основном по железной дороге до Мерса-Матруха, а оттуда – автомобилями. Часть груза шла морем, но порты Бардии и Эс-Саллума обладали гораздо меньшей пропускной способностью. Например, в Эс-Саллуме в середине января могло обрабатываться всего 350 тонн груза в сутки; к концу месяца эта цифра была доведена до 500 т/сут, но все равно оставалась совершенно недостаточной. К тому же, через этот порт ежедневно вывозилось по 3000 пленных итальянцев. легкий крейсер "Глазго" Тобрук имел весьма развитую систему обороны, опиравшуюся на укрепленные пункты, минные поля и старые форты. Защищавшие крепость силы находились под командованием генерала Энрико Питасси-Манелла и состояли из пехотной дивизии, двух батальонов пограничников, батальона береговой обороны и подразделений постоянного гарнизона. Основу огневой мощи составляли находящаяся в гавани плавбатарея “Сан Джорджо”, 10 дивизионов крепостной и 3 дивизиона полевой артиллерии. Общая численность защитников Тобрука составляла около 25 тысяч солдат и офицеров, в распоряжении которых имелось 232 тяжелых, средних и полевых орудия, 48 зениток, 24 противотанковых пушки, 25 средних и 45 легких танков. Таким образом, гарнизон Тобрука был примерно вдвое слабее гарнизона Бардии, но и ряды наступавших также существенно поредели, во всех частях ощущалась острая нехватка боеприпасов. Поэтому, хотя обстановка тут напоминала обстановку под Бардией, о штурме крепости сходу не могло быть и речи. Итальянские моряки готовились к отражению нападения. Экипаж “Сан Джорджо” находился на боевых постах практически круглосуточно. Его орудия вместе с береговыми батареями оказались самым эффективным средством противодействия англичанам. Когда Тобрук должен был пасть, экипаж решил вывести корабль из гавани, предпочитая погибнуть, сражаясь в море, а не уничтожать корабль на якорной стоянке. Супермарина ответила согласием, но итальянское Верховное Командование решило, что вклад “Сан Джорджо” в оборону Тобрука настолько велик, что нельзя начинать подготовку к выходу, так как это ослабит оборону крепости. Все понимали, что уход корабля подорвет моральный дух солдат на берегу. Поэтому “Сан Джорджо” приказали оставаться в Тобруке и оказывать поддержку войскам как можно дольше. Затем экипажу следовало затопить корабль. крейсер “Сан Джорджо” в Тобруке Готовясь к оказанию помощи армии под Тобруком, Средиземноморский флот реорганизовал свои силы. 5 января кэптен Г. Хиклинг был назначен командиром Прибрежной эскадры (5 февраля его сменил кэптен Альберт Л. Полэнд). В состав эскадры вошли монитор “Террор”, канонерские лодки “Эйфис”, “Лэдибёрд” и “Гнэт”, старые эскадренные тральщики “Бэгшот”, “Фархэм” и “Хантли”, четыре противолодочных траулера, несколько мобилизованных шхун и небольших моторных судов, а также множество лихтеров и плавучих складов. Мобильный командный пункт командира Прибрежной эскадры располагался на берегу, поскольку так было удобнее организовать взаимодействие с командующими сухопутными и военно-воздушными силами. Штурм Тобрука назначили на 21 января. К этой дате предполагалось завершить подвоз всего необходимого, в первую очередь – горючего и боеприпасов. Основной удар планировалось нанести на востоке и юго-востоке оборонительного периметра силами двух австралийских пехотных бригад. Поддерживали штурмующих 88 орудий и 34 танка. В течение двух ночей перед штурмом “Веллингтоны” и “Бленхеймы” Королевских ВВС сбросили на Тобрук более 20 тонн бомб. В ночь на 21 января наступающие заняли исходные позиции. С полуночи в течение двух часов “Террор” с канонерками “Эйфис”, “Лэдибёрд” и одним тральщиком вели обстрел внутреннего периметра обороны. Австралийские эсминцы “Стюарт”, “Вояджер” и “Вэмпайр” заняли позиции мористее с целью перехватить “Сан Джорджо”, если старый корабль попытается прорвать блокаду порта. Между 3 и 6 часами “Веллингтоны” 37 й и 38 й эскадрилий постоянно находились в воздухе над Тобруком, и разрывы их бомб сливались с гулом артиллерии. Саперы добросовестно выполнили свою работу, и в 05:40, как только началась артиллерийская подготовка, австралийская пехота пошла в атаку. Наступление развивалось стремительно, тем более что помог и опыт, приобретенный под Бардией. Вслед за пехотой двигались танки. За два с половиной часа наступавшие овладели 21 опорным пунктом и захватили 10 итальянских батарей. На левом фланге пехотинцы, вооруженные только стрелковым оружием, уничтожили 14 танков и еще 8 захватили. Захваченный в глубине оборонительного периметра плацдарм быстро расширялся. В начинавшихся сумерках австралийцы подошли к форту Соларо, рядом с которым в подземных пещерах располагался штаб обороны Тобрука. Один пленный итальянский офицер рассказал, что командующий также желал бы сдаться, но только не солдатам, а непременно кому-нибудь из офицеров. Эта миссия была поручена лейтенанту Дж. Копленду. Таким образом в плен попали генерал Питасси-Манелла, начальник его штаба генерал-майор де Леоне, а вместе с ними 1600 солдат и офицеров. Однако отдать приказ о прекращении сопротивления гарнизону крепости Питасси-Манелла отказался. К вечеру итальянская военно-морская база была окружена и потеряла связь с сухопутными силами. Вышедшая на береговой обрыв полевая артиллерия начала обстрел стоявшего в гавани “Сан Джорджо”. Ночью его экипаж в полном составе высадился на берег, на борту остались только командир корабля капитан 2 ранга Пульезе и несколько специалистов, чтобы подготовить уничтожение старого крейсера. В 05:00 22 января “Сан Джорджо” встретил свой конец – взорванный собственным экипажем. Чтобы удостовериться, что подрывные заряды сработают, офицер и торпедист пожертвовали своими жизнями. Капитан 2 ранга Пульезе тоже оставался на борту, но был спасен, хотя и получил тяжелые ранения. Всю ночь в порту гремели взрывы: обреченные защитники уничтожали оборудование, сооружения и запасы, которыми мог воспользоваться противник. Капитуляция самого города и военно-морской базы походила скорее на фарс. Утром 22 января лейтенант Э. Хенесси на двух бронеавтомобилях отправился в Тобрук для выяснения обстановки. По пути его встретил итальянский офицер, сообщивший, что ему приказано проводить победителей в военно-морской штаб. Там Хенесси проводили в комнату, где адмирал Массимилиано Ветина вручил ему свою шпагу. Потом в город вступили австралийские солдаты, один из которых водрузил на флагшток у штаба базы свою широкополую шляпу, ставшую символом того, что Тобрук перешел в руки британской армии. Победители захватили почти 27 тысяч пленных, 208 орудий полевой и средней артиллерии, 87 танков, а также 200 различных автомобилей, тогда как собственные потери составили чуть более 400 человек. легкий крейсер "Ливерпуль" Несмотря на все усилия итальянцев, порт пострадал незначительно, хотя клубы дыма, поднимавшиеся над взорванным “Сан Джорджо”, производили гнетущее впечатление. Уничтожены были склады боеприпасов, плавучий кран, кое-где разрушены причалы. В гавани было затоплено 18 небольших судов – буксиров, парусно-моторных шхун, рыбачьих баркасов, а также поврежденный в июле торпедоносцами лайнер “Лигурия”. Частично была выведена из строя электростанция, но нефтехранилища, запасы угля для электростанции – более 4000 тонн, рефрижераторные установки и многочисленные шхуны и баржи в порту остались целы. На складах были обнаружены запасы консервов, которых гарнизону крепости хватило бы на два месяца осады, но особенную радость доставили 10 тысяч тонн минеральной воды “Рекоаро” в бутылках. Корабли Прибрежной эскадры быстро произвели контрольное траление, уже 24 января порт смог принять первые транспорты из Александрии, а к началу февраля через него ежедневно проходило до 900 т различных грузов… Тем временем О’Коннор продолжил наступление и, выражаясь словами Лиддел Гарта, “вновь добился гораздо большего, чем можно было ожидать при его небольших ресурсах”. 30 января его войска вошли в Дерну, 2 февраля итальянцы заблаговременно начали эвакуацию Бенгази. Итальянский флот сумел эвакуировать весь подвижный состав и оборудование и весь свой личный состав, уничтожив все сооружения и припасы. Капитан порта покинул Бенгази со своим последним подразделением 6 февраля, когда англичане уже входили в город. 5 февраля передовые части 7 й бронетанковой дивизии вышли к Беда-Фомм, где на следующий день разыгралось самое крупное танковое сражение этой кампании. К исходу дня итальянцы потерпели сокрушительное поражение, потеряв 20 тысяч человек только пленными, 216 орудий и 120 танков, хотя им противостояло не более 3000 британцев. Командующий 10 й армией генерал Теллера был смертельно ранен в бою и скончался через несколько дней, а неудачливый защитник Бардии генерал Бергонцоли попал в плен. Наконец, 8 февраля О’Коннор захватил Эль-Агейлу. сбитый итальянский самолет Fiat CR.42 Таким образом, в результате наступления 13 й корпус, состоявший всего из двух дивизий, в течение двух месяцев продвинулся почти на 800 км, разгромив две итальянские армии, состоявшие из 10 дивизий. Было взято в плен более 130 тысяч солдат и офицеров, захвачено 180 средних и более 200 легких танков, 845 орудий. При этом британские войска понесли самые незначительные потери: 475 убитых, 1373 раненых и 55 пропавших без вести. О’Коннор и его штаб не сомневались в том, что они вполне могли бы захватить Триполи, для защиты которого у итальянцев остались только усиленный артиллерийский полк и импровизированный гарнизон в составе четырех дивизий 5 й армии. Им предстояло защищать почти 40-километровую линию обороны. Совершенно очевидно, город был обречен. С точки зрения борьбы за господство на средиземноморских коммуникациях, достигнутый англичанами успех мог иметь большие стратегические последствия. Обладание портами и аэродромами западной Киренаики, Грецией и Мальтой давало возможность установить контроль над Центральным Средиземноморьем и делало для противника очень серьезной проблему обеспечения путей снабжения Триполитании. “Уход из Киренаики дорого обошелся флоту, - констатирует итальянский историк Марк-Антонио Брагадин. - Он потерял хорошо оборудованные порты и большое количество припасов. Особенно тяжелой была потеря Тобрука, потому что эта хорошо оснащенная база строилась много лет… Эти потери нанесли тяжелый удар по ограниченным ресурсам флота. В будущем они дадут о себе знать во время повторного захвата Киренаики, когда флоту понадобится восстановить потерянные запасы оборудования, техники и припасов, которые раньше имелись в Африке”. Разгром армии Грациани давал англичанам возможность полного изгнания итальянцев из Северной Африки. Однако 10 февраля британское правительство приняло решение прекратить дальнейшее наступление в Ливии и перебросить большую и лучшую часть войск из Египта в Грецию. 12 февраля Черчилль направил Уэйвеллу пространную телеграмму, в которой выражал восторг по поводу захвата Бенгази “на три недели раньше, чем ожидалось”, но отдал приказ остановить наступление. Резервы, транспортные средства и авиация, которые подлежали отправке О’Коннору, были задержаны в Египте. У него даже отобрали несколько подразделений и, главное, почти всю авиацию . Гитлер, обрадованный выигрышем времени, писал Муссолини о том, что “в 1941 году англичане упустили шанс захватить всю Ливию, отведя свои силы в Грецию, вместо того, чтобы пробиваться к Триполи”. Это мнение разделяло и OKW. Генерал Вальтер Варлимонт вспоминал: “В это время мы не могли понять, почему англичане не использовали трудности итальянцев в Киренаике и не наступали на Триполи. Их остановить было бы нельзя. Оставшиеся в Триполи итальянские войска были охвачены пан ...

поручик Бруммель: ... икой и каждую минуту ожидали появления английских танков”. Передышка, данная неприятелю британским руководством, позволила ему перегруппировать силы и дала возможность включиться в игру партнеру по “оси”. Успехи Люфтваффе в прибрежных водах Появление на Средиземноморской театре военных действий германской авиации коренным образом изменило ход войны и на море, и на суше. 10 декабря 1940 г. Гитлер подписал приказ о подготовке операции “Миттельмеер”. Речь шла о переброске Х-го авиационного корпуса под командованием генерал-лейтенанта Ганса-Фердинанда Гайслера на аэродромы Сицилии, откуда он мог принять участие в боевых действиях на Средиземноморском театре. Однако стремительно ухудшавшееся положение итальянцев в Африке заставило германское руководство направить туда группировку сухопутных войск. Приказ об этом был подписан 11 января 1941 г. Одновременно Х му авиакорпусу ставилась задача вести боевые действия над Западной пустыней. Первые эскадрильи перебазировались на ливийские аэродромы в конце января – начале февраля 1941 г. Для управления ими создано авиационное командование “Африка”. Короткий период времени (с 24 февраля по 31 марта) обязанности “флигерфюрера Африка” исполнял начальник штаба X-го авиакорпуса подполковник Мартин Харлингхаузен, которого сменил генерал-майор Стефан Фрёлих. С прибытием Люфтваффе воздушная война в африканском небе сразу приобрела настойчивый характер. Первые потери от действий немецких бомбардировщиков в прибрежных водах англичане понесли 31 января, когда между Сиди-Баррани и Мерса-Матрухом “хейнкели” из состава II/KG 26 потопили старый британский тральщик “Хантли” и египетский транспорт “Соллум” (1290 брт). Одной из важнейших задач, стоявших перед германской авиацией, стала борьба с британским флотом и противодействие морским перевозкам, для чего немцами, впервые на Средиземном море, были применены авиационные морские мины. Первая постановка с воздуха имела место в ночь на 30 января, когда группа бомбардировщиков Не 111, ведомая командиром 2./KG 4 обер-лейтенантом Кюлем(см.ссылку №5), минировала Суэцкий канал. Было сброшено 20 магнитных мин LMA на парашютах, из них 8 упало на берег. порт Александрии В последующие дни на этих минах подорвалось 3 судна: “Дервенхолл” (4934 брт), “Агилос Георгиос” (3283 брт) и “Рани” (8500 брт). 25 февраля там же погибло вооруженное китобойное судно “Сарна”, а три дня спустя подорвался противолодочный катер “MA/SB 3”, который от полученных повреждений выбросился на берег и не был восстановлен. Из-за минной опасности Суэцкий канал почти весь февраль и две декады марта был закрыт для судоходства. Это мешало своевременной доставке необходимых грузов. Задержался с прибытием в Александрию и авианосец “Формидебл”, посланный на Средиземное море для замены поврежденного в январе “Илластриеса”. Всего же в период с 29 января по 3 июня 1941 г. самолеты Х го авиакорпуса совершили 139 боевых вылетов на постановку морских мин. С января по октябрь Суэцкий канал на 76 суток был закрыт для прохода судов. В течение года британские тральщики обезвредили здесь 28 магнитных и 2 акустические мины. Кроме Суэцкого канала объектами минных постановок с воздуха стали Тобрук и Бенгази. В ночь на 4 февраля Тобрук минировали “хейнкели” обер-лейтенанта Кюля. Было сброшено 14 мин LMA. Англичане, до этого не имевшие дела с магнитными минами на данном театре военных действий, на какое-то время оказались неготовыми к борьбе с ними, и в последующие две недели постановки собрали урожай жертв. 5 февраля при входе в Тобрук подорвалось торговое судно “Роди”, которому посчастливилось отделаться легкими повреждениями. Спустя три дня транспорт “Адинда”, перевозивший авиационный бензин в бочках, на входе в порт подорвался сразу на двух минах. Потеряв управление, он навалился на “Роди”. Возникший пожар охватил оба судна и был потушен с большим трудом при помощи подоспевшего буксира “Мэгнет”. Следующую потерю англичане понесли 11 февраля. Вооруженный китобоец “Саузерн Роу”, занимавшийся тралением, от взрыва магнитной мины переломился пополам. С небольшого кораблика, плававшего под флагом Южно-Африканского союза, спасся всего 1 человек. Наконец, 20 февраля прямо в гавани от подрыва на мине погиб вооруженный траулер “Оуз”. Интенсивное траление, проведенное в основном мобилизованными траулерами, дало свои плоды. Предпринятая эскадрильей Кюля 28 февраля повторная минная постановка у Тобрука оказалась куда менее эффективной. Лишь 18 марта на подходе к Тобруку подорвалось на мине и затонуло вооруженное досмотровое судно “Розаура” (1552 брт), однако записать его на долю германской авиации с полной уверенностью нельзя. Тем не менее, с появлением Люфтваффе для англичан обострились проблемы снабжения североафриканской группировки. Потребности армии и Королевских ВВС составляли 3000 т ежедневно, тогда как недостаток транспортных средств, плохая погода и минная опасность не позволяли флоту удовлетворять их в полной мере. Наибольшее количество грузов, доставленных в Тобрук, составляло 1400 т/сут, но иногда, например, 12 февраля падало до 500 т/сут. В тот же день пришлось закрыть порт Эс-Саллум в качестве базы снабжения; исключение было сделано лишь для небольших шхун, доставлявших до 150 т топлива в день. Из-за отсутствия истребителей и недостаточного количества зенитных орудий англичанам пришлось отказаться от использования Бенгази. Последний конвой прибыл туда 18 февраля, но немецкие бомбардировщики фактически сорвали разгрузку судов, и на следующий день они были вынуждены уйти в более безопасный Тобрук под прикрытием крейсера ПВО “Ковентри”, двух корветов и двух вооруженных траулеров. Немаловажным условием достижения успеха в Африканской кампании было устранение опасности обстрелов с моря. Немцы в известной мере учли негативный опыт своего союзника и продемонстрировали, что пора безнаказанных действий британского флота миновала. Прибывший 17 февраля в Бенгази монитор “Террор” в течение нескольких дней подвергался непрерывным налетам, достигшим апогея 22 февраля, когда от близких разрывов корпус корабля получил сильные сотрясения и повреждения обшивки. Командир монитора коммандер Г.Дж. Хэйнс радировал командующему флотом: “Поскольку в настоящее время дневное истребительное прикрытие отсутствует, я считаю, что получение кораблем прямого бомбового попадания является лишь вопросом времени”. В тот же день адмирал Каннингхэм ответил: “Ввиду значительного числа воздушных налетов, неадекватности ПВО и уже полученных “Террором” повреждений, я распорядился вывести из Бенгази все боевые корабли”. монитор “Террор” В сумерках монитор покинул Бенгази в сопровождении корвета “Сэлвиа” и старого тральщика “Фархэм”, выполнявших роль противолодочного эскорта. Атаки пикирующих бомбардировщиков продолжались, но лишь “Фархэм” получил некоторые повреждения от близкого разрыва. На выходе из гавани в кабельтове от “Террора” взорвались две донные мины, которые сильно встряхнули корабль и вызвали небольшие течи. Вечером следующего дня на подходе к Дерне отряд был перехвачен пятеркой Ju 88 из состава II/LG 1, которых сопровождало три истребителя. Это произошло буквально через несколько минут после того, как улетел единственный “Харрикейн”, прикрывавший корабли. Бомбардировщики зашли с правой раковины, где по ним могли стрелять только кормовое 102 мм орудие и пара трофейных 20 мм автоматов. Они сумели сбить прицел большинству атакующих, но в 18:25 рядом с монитором разорвались три бомбы – две с правого борта, одна с левого. Ослабленный корпус не выдержал, между башней и мостиком образовались трещины. Появился крен на правый борт. В котельном отделении вспыхнула нефть, причем пожар был потушен лишь затопившей отсек водой, после чего прекратилась подача пара и электроэнергии, перестали работать помпы. “Фархэм” взял монитор на буксир. Получив тревожное сообщение о положении “Террора”, Каннингхэм немедленно отдал приказ находившимся в Александрии крейсерам “Перт” и “Эйджекс” с двумя эсминцам разводить пары и идти на помощь; еще два эскадренных миноносца Прибрежной эскадры вышли из Тобрука; в полночь главную базу флота покинул крейсер ПВО “Калькутта”. Несмотря на все усилия, спасти монитор не удалось. К 20 часам весь экипаж, кроме расчетов зенитных орудий, был переведен на корвет. “Террор” постепенно садился носом, вода стала заливать палубу, и около полуночи коммандер Хэйнс приказал оставить корабль. В конце концов на мониторе были открыты кингстоны и взорваны подрывные заряды. Около 3 часов утра 24 февраля “Террор” затонул в 25 милях северо-западнее Дерны. При этом не погиб ни один человек. Средиземноморский флот потерял один из ценнейших кораблей, сделавший так много для содействия продвижению армии на запад. Находясь в Бенгази, “Террор” оттягивал на себя столь значительные силы авиации противника, что в период с 12 по 22 февраля Тобрук подвергался лишь единичным воздушным налетам. Теперь же их сила начала неуклонно расти. Вечером 24 февраля бомбардировщиками Ju 88 из состава II/LG 1 близ Тобрука был потоплен эсминец “Дэйнти” и тяжело поврежден только что прибывший танкер “Тайнфилд” (что удивительно – его дальнейшая разгрузка протекала без помех). Эти потери стали последними, понесенными в период, предваряющий трагичные для англичан события в Киренаике. Таким образом, успешными действиями в прибрежных водах Люфтваффе подготовили последующий успех первого наступления Роммеля, поскольку британские корабли не рисковали подолгу находиться у побережья под бомбами. * * * Первые месяцы войны на Средиземноморском театре стали своего рода отражением начала Второй мировой войны в целом. Если на сухопутном фронте в Западной пустыне имел место период “странной войны”, то военно-морские силы сразу же приступили к довольно активным действиям, в том числе и в прибрежных водах, хотя содействие общевойсковым операциям было далеко не первым в списке стоящих перед флотами обеих противоборствующих сторон задач. С первых дней британский Средиземноморский флот владел инициативой, которую противник даже не пытался перехватить, ограничившись лишь парой довольно бессмысленных вылазок. В результате, англичанам удалось достаточно легко нейтрализовать передовые итальянские базы, не захватывая их. Как существенное упущение ливийского командования Реджа Марина можно отметить недостаточное оборудование театра: в частности, несмотря на ограниченное число портов на территории Киренаики, их не удосужились прикрыть хотя бы минимальными минными полями. Как показал опыт первых месяцев войны, эффект применения корабельной артиллерии был весьма губительным и оказывал значительное влияние на состояние дел на сухопутном фронте. Использование корабельной артиллерии против берега имело свои особенности. В период, когда фронт был стабильным, обстрелы побережья осуществлялись в форме набеговых операций, при этом объектами обстрела становились, как правило, приморские города, в которых имелись стационарные цели: форты, административные здания, казармы. Во время итальянского наступления корабли Королевского флота обстреливали боевые порядки и заранее выявленные скопления войск противника. Когда же армии приходилось штурмовать крепости, поддерживавший ее флот занимался подавлением неприятельских батарей и препятствовал переброске резервов из глубины обороны. К обстрелам береговых целей привлекались корабли практически всех основных классов; позже были сформированы отряды для систематической артиллерийской поддержки. Характерной особенностью первого года войны на Средиземном море явилось отсутствие десантных операций. Обе стороны не имели в то время необходимых высадочных средств, а сложности, неизбежно сопутствующие осуществлению такого рода операций, не могли компенсироваться тактическим преимуществом от их проведения. Пройдет еще полтора года, как в результате крупной десантной операции “Торч” боевые действия на данном театре вступят в новую фазу. Сергей Патянин (статья опубликована в журнале "Флотомастер" №5,№6. 2005 год) для оформления статьи использовались материалы автора Ссылка №1 В переписке и адмиралтейских отчетах это соединение обычно именовалось “Прибрежной эскадрой” (Inshore Squadron), и впоследствии этот термин стал общепринятым в исторической литературе, хотя официально пост командира Прибрежной эскадры был учрежден лишь 5 января 1941 г. Ссылка №2 По итальянским данным, 16 декабря два S.79sil атаковали у Эс-Саллума соединение из 2 легких крейсеров и 3 эсминцев и добились попадания в крейсер. Есть основания полагать, что это были машины не указанной в книге Дж. Санторо 34 й группы (базировалась на Родосе и в этот период наносила удары по бухте Суда и целям у Крита), а 278 й эскадрильи, действовавшей с ливийских аэродромов. Ссылка №3 Впоследствии, уже под британским флагом, они будут участвовать в снабжении гарнизона Тобрука, при этом “Мария Джованна” погибнет 22 ноября 1941 г. в результате посадки на мель. Ссылка №4 К моменту начала британского наступления генерал Берти находился в отпуске в Италии и прибыл в Африку только 14 декабря, когда битва при Сиди-Баррани была уже проиграна. В его отсутствие пост командующего 10 й армии занимал генерал Итало Гарибольди. Тем не менее, Берти был смещен со своего поста, так как, по мнению Грациани, “не сумел выправить стремительно ухудшавшуюся ситуацию” Ссылка №5 Предположительно, в операции участвовало 7 бомбардировщиков He 111 из состава 2./KG 4 и 9 из состава II/KG 26.


полная версия страницы