Форум » Корабельная библиотека » British DD » Ответить

British DD

wartspite: Еще одно несостоявшееся дополнение к несостоявшемуся переизданию. Книга не новая, конечно, но, как говориится, "и веревочку давай, и веревочка пригодится". WITH ENSIGNS FLYING - The Story of H.M. Destroyers at War 1939-1945 DAVID A. THOMAS Loindon: Kimber Pocket Editions., 1958 III. Вторая флотилия в Нарвике Первый крупный бой эсминцев произошел в ледяных водах северных норвежских фиордов, когда 2-я флотилия эсминцев столкнулась с большим соединением германских эсминцев. Оно произошло в первые же дни после окончания «странной войны», периода неестественного спокойствия, который внезапно оборвался 8 апреля 1940 года, когда Германия внезапно вторглась в Данию и Норвегию. В течение нескольких месяцев перед этим днем, который стал еще одной кровавой страницей в анналах фашистского варварства, Германия регулярно использовала норвежские воды для проводки своих блокадопрорывателей, подводных лодок и других военных кораблей по узким проливам. Это помогало им избегать обнаружения нашими самолетами и находиться под надежной защитой своей береговой авиации. Но еще более важное значение имели перевозки железной руды вдоль норвежского побережья. Пока Германия делала все возможное, чтобы удержать этот маршрут открытым, немецкие подводные лодки в Атлантике продолжали топить норвежские суда с беспримерной жестокостью. Именно перевозки железной руды и хотело остановить Адмиралтейство. Нашей целью было вытеснить эти транспорты в открытое море, чтобы таким образом наши патрульные суда получили возможность досматривать их. Поэтому мы решили поставить минные заграждения в важнейших районах, оповестив об этом весь мир. Для выполнения этой задачи минные заградители в сопровождении сильного прикрытия пересекли бурные воды Северного моря и поставили три больших минных заграждения. Работа была завершена рано утром 8 апреля 1940 года. Однако немцы уже начали свое вторжение в Данию и Норвегию. Адмиралтейство понимали, что противник что-то затевает, так как наши разведывательные самолеты заметили германский флот, идущий у входа в пролив Скагеррак. Эскадра состояла из 1 линейного крейсера, 2 легких крейсеров, 14 эсминцев и большого войскового транспорта. Сначала намерения немцев были неясны. Адмиралтейство не могло и подумать, что они направляются в Норвегию. Предполагалось, что эскадра повернет на восток и направится в Балтику. Но, несмотря на эту неопределенность, Адмиралтейство приняло решение, имевшее далеко идущие последствия. Оно развернуло флот таким образом, что если бы противник попытался прорваться в открытое море, это привело бы к сражению. Таким образом, практически в самом начале войны появилась перспектива еще одного генерального сражения в Северном море. Но, к несчастью, приходилось учитывать и другие факторы, помимо желания дать бой немцам. Прежде всего, следовало учесть желание или нежелание противника участвовать в этом сражении. Напомним, что за все время войны ни германский, ни итальянский флот такого желания не выказывали. Затем следовало принимать во внимание причуды погоды, которая не разщ расстраивала попытки перехватить врага. Если смотреть на карту малого масштаба, то крайне трудно представить себе бескрайние просторы океана и ту микроскопическую точку, которую представляет из себя корабль на этой синей глади. Сегодня радар заметно сократил расстояния и сделал океан не таким уж бескрайним, но в 1940 году при видимости с мостика эсминца 10 или 11 миль в ясную погоду, обнаружить корабль или даже эскадру в дождь или туман становится тяжелой проблемой. И здесь может помочь разве что удача. В попытке навязать немцам бой Адмиралтейство раскинуло свою сеть как можно шире. 7 апреля в 07.30 Скапа Флоу покинули линкоры «Родней», «Вэлиант», линейный крейсер «Рипалс», 2 крейсера и 10 эсминцев. Через полтора часа из Розайта вышли 2 крейсера и 14 эсминцев. 1-я эскадра крейсеров также покинула Розайт, имея приказ присоединиться к главным силам флота как можно быстрее. Легкий крейсер «Аурора» и 6 эсминцев были переведены из Розайта в Скапа. Одновременно со всеми этими перемещениями британский флот проводил еще одну операцию – минные постановки. Два из трех минных заграждений были поставлены между Бергеном и Тронхеймом, а третье – в устье Вест-фиорда, через который открывался проход к важнейшей гавани – Нарвику. Одним из эсминцев сопровождавших именно эту, северную группу, был «Глоууорм» капитан-лейтенанта Дж. Рупа. Он шел к району минных постановок, борясь с сильным штормом. Одна особенно большая волна, накрыв полубак эсминца, смысла за борт матроса. Это печальный инцидент привел к одному из самых славных эпизодов в истории британских эсминцев. «Глоууорм» немедленно поднял сигнал «Человек за бортом» и покинул строй, чтобы разыскать человека. Пока шли поиски, соединение ушло вперед и вскоре пропало из вида. Матроса подняли на борт и поместили в лазарет, после чего «Глоууорм» повернул на восток и пустился вдогонку за своей эскадрой, идя против сильной волны. В такую плохую погоду скорость эсминца заметно упала, и на следующее утро он все еще отставал от своего соединения. Так как массы зеленой воды перекатывались по палубе, а брызги били не только по мостику, но и башне КДП, Руп приказал снизить скорость до 10 узлов. Однако самое худшее ждало его впереди. На рассвете дежурная вахта «Глоууорма» заняла свои посты. Капитан находился на мостике и всматривался вдаль, ожидая появления британских кораблей. Вместо них он увидел германский эсминец. «Лево на борт. Полный вперед», – приказа Руп. Приказ был выполнен, и на «Глоууорме» сыграли боевую тревогу. Почти тут же из тумана впереди вынырнул еще один германский эсминец. Оба немца открыли огонь, а «Глоууорм» полным ходом пошел им навстречу, ведя огонь из своих 120-мм орудий. За пару минут до 08.00 он передал по радио на флагманский линейный крейсер «Ринаун», что ведет бой с двумя германскими эсминцами примерно в 150 милях к юго-западу от Вест-фиорда. Примерно через час он отправил еще одну радиограмму, которая внезапно оборвалась и не содержала никаких сведений о судьбе эсминца. Его больше никто не видел, а вся история стала известна только после войны после репатриации уцелевших членов экипажа, которые находились в плену. Через несколько минут после начала боя «Глоууорм» добился прямого попадания в германский корабль, как теперь стало известно – «Бернд фон Арним». Противник прерывал бой и отвернул на север, поставив дымовую завесу. А тем временем события приняли еще более худший оборот. Прямо перед британским эсминцем повяилась новая опасность с виде грозного силуэта тяжелого крейсера «Хиппер». Руп немедленно отправил сообщение о контакте с противником и отвернул прочь от страшного врага. Он прекрасно понимал, что ок5азался в почти безнадежном положении. В штормовую погоду «Хиппер» вполне мог догнать эсминец, причем «Глоууорм» мог противопоставить лишь жалкие 120-мм орудия тяжелыми 203-мм пушкам крейсера. За британским эсминцем стлалась густая пелена дыма, словно ему приделали пару реактивных двигателей. Однако когда «Глоууорм» выскочил из своей дымовой завесы, то увидел прямо впереди германский крейсер. Эсминец круто повернул и выпустил торпеды. Однако все они прошли мимо. Вокруг эсминца начал падать град 203-мм снарядов, без того бурлящее море буквально вскипело. Затем один немецкий снаряд попал в цель, уничтожив радиорубку и оборвав на полуслове радиограмму. Руп повернул обратно в дым, пытаясь спасти свой корабль. Так как слева по борту у него были 2 германских эсминца, а справа могучий «Хиппер», гибель «Глоууорма» была вопросом минут. «Хиппер» прошел сквозь дымовую завесу и тут внезапно обнаружил неустрашимый эсминец всего в нескольких сотнях ярдов от себя, причем «Глоууорм» полным ходом шел прямо на него! Командир эсминца отдал приказ: «Приготовиться таранить!» Среди грохота взрывов и рева снарядов, нос обреченного эсминца врезался в бронированный борт «Хиппера». Полубак «Глоууорма» был смят, словно бумажный. Получив смертельные повреждения, пылающий эсминец отошел от своего огромного противника. Палуба и надстройки «Глоууорма» превратились в обломки, повсюду лежали мертвые офицеры и матросы. Через несколько минут огонь достиг артпогребов, прогремел ужасный взрыв и эсминец затонул. Несмотря на высокие волны и огромную дыру в борту, напоминающую железнодорожный туннель, «Хиппер» сумел подобрать 31 человека из 149. Среди погибших оказался и капитан-лейтенант Руп. Некоторые говорят, что он сумел подняться по борту крейсера, но в самый последний момент, измученный, свалился обратно в море. Больше его не видели. Позднее за свою доблесть Руп был награжден Крестом Виктории. Еще 1 офицер и 3 матроса были награждены за отвагу, когда известие об этом бое достигло Англии. Поврежденный «Хиппер» дополз до Тронхейма, где прошел на временный ремонт. Прибыв обратно в Германию, крейсер много недель провел в ремонте, прежде чем восстановил свою мореходность. Таким образом, самопожертвование «Глоууорма» оказалось ненапрасным. Он сумел отомстить за свою гибель. * * *

Ответов - 12

wartspite: Ситуация в Норвегии сложилась очень запутанная. Немцы быстро добились первоначального успеха. Англичанам следовало немедленно нанести контрудар, чтобы помешать им консолидировать свои позиции. В качестве цели для контратаки просто напрашивался Нарвик, так как он находился далеко на севере, и у немцев имелись проблемы с доставкой подкреплений туда. Но положение было гораздо сложнее, чем казалось англичанам. Адмиралтейство не подозревало, что немцы утром 9 апреля уже оккупировали Нарвик после того, как группа эсминцев под командованием коммодора Бонте вошла в порт. Тут же из трюмов внешне мирных судов, стоящих у причалов, начали выскакивать немецкие солдаты. Флотилия немецких эсминцев намеревалась выйти из Нарвика в тот же вечер, но кораблям потребовалась дозаправка топливом, и они задержались. Намеченное время уходы было сдвинуто на сутки. Эта задержка оказалась роковой. Утром 9 апреля британская 2-я флотилия эсминцев находилась поблизости от Лофотенских островов, которые представляют собой цепочку островов, идущую с юго-запада на северо-восток, отмечая таким образом северную границу Вест-фиорда Адмирал Форбс приказал командиру флотилии капитану 1 ранга Б.А.У. Уобертону-Ли войти в Вест-фиорд и помешать высадке противника. Он не подозревал, что немцы уже захватили город. Адмиралтейство тем временем получило дополнительную информацию и дополнило приказ адмирала сообщением, что один вражеский корабль уже вошел в фиорд и высадил войска. Адмиралтейство приказало командиру флотилии войти в фиорд и потопить или захватить немецкое судно. Радиограмма завершалась фразой, которая оставляла на усмотрение командира флотилии вопрос о высадке войск и захвате порта. 2-я флотилия эсминцев состояла из лидера «Харди» и эсминцев «Хэйвок», «Хантер», «Хостайл» и «Хотспур». Все они были вооружены 4 – 120-смм орудиями и 8 торпедными аппаратами. Выполняя приказ Адмиралтейства, флотилия вошла в Вест-фиорд. Когда она подошла к норвежской базе Трано, Уобертон-Ли отправил на берег двух офицеров, чтобы взять лоцмана, и только теперь узнал о присутствии немцев. Новости, которые сообщили норвежцы, были ужасными. По крайней мере 6 больших немецких эсминцев вместе с подводной лодкой вошли в порт, опередив англичан. Еще одним потрясением стало известие, что гавань заминирована. Но вся эта информация оказалась неточной, хотя и сулила много неприятностей. На самом деле кораблям Уобертона-Ли противостояли 10 современных и заметно более сильных немецких эсминцев. Поэтому можно только радоваться, что англичане не знали всей правды. Опираясь на сведения норвежцев, Уобертон-Ли принял решение и передал в Адмиралтейство: «Намереваюсь атаковать с утренним приливом». Адмиралтейство предупредило, что в руках противника могут оказаться 2 норвежских броненосца береговой обороны. Но при этом Адмиралтейство добавило, что только командир, находящийся на месте событий, может принять решение: атаковать или нет. Какое бы решение он не принял, Адмиралтейство поддержит командира. Свой ответ капитан 1 ранга Уобертон-Ли отправил рано утром 10 апреля. Он был кратким и ясным. «Намереваюсь дать бой. Атакую на рассвете». Примерно в 03.00 эсминцы выстроились строем фронта, чтобы все корабли могли вести огонь одновременно. Было ужасно холодно – Вест-фиорд находится на 100 миль севернее Полярного круга – налетали плотные снежные шквалы, а темнота создавала дополнительные проблемы при плавании в узком фиорде. Перед самым рассветом, в 04.15, флотилия оказалась перед входом в гавань Нарвика. Все моряки находились на боевых постах, орудия были заряжены. «Харди» повел эсминцы «Хэйвок» и «Хантер» в порт, оставив «Хостайл» и «Хотспур» позади в качестве резерва. Они должны были подавить береговые батареи, если те откроют огонь, и отогнать любые вражеские корабли, которые попытаются войти в порт. В порту англичане увидели огромное количество кораблей. Там собралось не менее двух десятков торговых судов разных стран, в том числе и 9 немецких. У причалов стояли 5 германских эсминцев, один из них под флагом коммодора Бонте. Сначала британские эсминцы заметили только 2 вражеских эсминца. «Харди» и «Хэйвок», не теряя ни секунды, открыли по ним огонь с близкой дистанции. «Харди» дал торпедный залп по немецкому флагману – эсминцу «Антон Шмидт». Атака была успешной. Страшный грохот возвести, что торпеды попали в цель. Обломки и тонны воды взметнулись вверх гигантским столбом. Немецкий флагман получил смертельные повреждения, разломился пополам и затонул на мелководье. Вместе со своим кораблем погиб и коммодор Бонте. Англичане добились полной внезапности. Команды противника отдыхали. Первым известием об атаке для немцев стал грохот 120-мм орудий. Прежде чем немцы сумели ответить, их эсминцы получили такие серьезные повреждения, что стрельба была спорадической и неточной. Первая атака продолжалась. Немцы видели в тумане вспышки выстрелов «Харди», «Хэйвока» и «Хантера», которые вели беглый огонь по скоплению транспортов и военных кораблей. Вскоре получил смертельный удар второй германский эсминец – «Вильгельм Хэйдкамп». На него обрушился град 120-мм снарядов, а потом в него попала торпеда. Эсминец затонул раньше, чем успел ответить. 2 больших немецких эсминца были застигнуты врасплох и уничтожены буквально в считанные минуты. Теперь англичане обратили внимание на вражеские суда снабжения. К 3 атаковавшим эсминцам присоединилась пара, дожидавшаяся у входа в гавань, и на вражеские транспорты посыпались снаряды. Вскоре 8 из них превратились в пылающие руины. Одним из них была китобойная база «Ян Веллем» (11776 тонн), имевшая на борту груз нефти. Она превратилась в огненный ад и взлетела на небеса. Остальными транспортами были «Науэнфельс» (8096 тонн), «Аахаен» (6388 тонн), «Альтона» (5892 тонны), «Хейн Хойер» (5836 тонн), «Бокенгейм» ((4902 тонны), «М.Г. Фиссер» (4879 тонн) и «Фридлингхаус» (4339 тонн). Все они были уничтожены или затонули. В течение всей первой фазы боя корабли 2-й флотилии не получили ни единой царапины.

wartspite: Затем около 06.00 были замечены 3 германских эсминца, приближающиеся к входу в гавань. Уобертон-Ли отдал приказ уходить. Эти германские корабли были замечены в тумане, когда они выходили из Херьянгс-фиорда. Англичане немедленно открыли огонь с дистанции 3000 метров. Затем впереди из тумана возникли еще 2 эсминца, перекрывшие англичанам пути отхода. Они стояли на якоре в Балланген-фиорде и, судя по всему, услышали стрельбу. Удача отвернулась от 2-й флотилии. Ей пришлось вести бой с 5 эсминцами, гораздо более крупными и сильными, причем 2 из них перекрывали путь к выходу из фиорда. Вскоре вражеские 127-мм снаряды начали поражать английские эсминцы. «Харди» сразу получил попадание в носовую часть, которое разбило оба носовых орудия и разворотило надстройку. Капитан 1 ранга Уобертон-Ли был смертельно ранен. Связист лейтенант Кросс был убит. Штурман флотилии капитан-лейтенант Гордон-Смит получил тяжелое ранение. Практически все, стоявшие на мостике были либо убиты, либо ранены. Секретарь командира флотилии лейтенант интендантской службы Г.Г. Станнинг, оправившись от шока, обнаружил, что ему чуть не оторвало ногу. Оказалось также, что он единственный, кто может взять на себя управление кораблем. Рулевая рубка была почти разрушена. Рулевой и вахтенный у машинного телеграфа были убиты. Корабль потерял управление, так как за штурвалом никто не стоял. Однако кормовые орудия продолжали вести огонь по врагу. Лейтенант Станнинг сумел доползти до поврежденного штурвала и стоял у него, пока его не сменил матрос. Вражеские эсминцы, державшиеся на траверзе «Харди», вели по нему жестокий огонь. Наконец 127-мм снаряд пробил борт и взорвался в машинном отделении. Паропроводы были повреждены, и «Харди» начал терять ход. Его машины стали. Свист горячего пара смешался с воем снарядов и грохотом выстрелов. Лейтенант Станнинг приказал положить руль лево на борт и выбросить поврежденный корабль на берег. Никаких других вариантов не было, разве что затонуть прямо на месте. И все-таки корабль сумел дойти до берега, несмотря на плотный и точный огонь немцев. Прежде чем покинуть корабль, капитан 1 ранга Уобертон-Ли в 05.55 отдал последний приказ флотилии: «Продолжать бой». Он оставался бойцом до самого конца. Противник понял, что положение «Харди» безнадежно и безжалостно расстреливал его. Пока экипаж покидал корабль, немецкие снаряды продолжали рваться среди моряков. Тем, кто сумел покинуть корабль, предстояло проплыть в ледяной воде более ста метров до берега. Умирающего капитана погрузили с носилками на плотик и отбуксировали к берегу артиллерийский офицер капитан-лейтенант Манселл и матросы. Настоящим героем показал себя минный офицер лейтенант Хэппел. Он 5 раз плавал с берега на корабль, помогая спастись тем, кто не умел плавать или был ранен. За все это время вокруг разорвались 45 немецких снарядов. Всего сумели спастись 170 человек из команды «Харди». Многие были в лпохом состоянии. 17 человек погибли, еще 2 пропали без вести. Те, кто пережил эту ледяную купель, прятались от немцев, пока позднее их не спасли английские эсминцы. Капитан 1 ранга Уобертон-Ли был похоронен с помощью норвежцев. Пока «Харди» безуспешно сражался за жизнь, остальные корабли флотилии также вели тяжелый бой. «Хантер» капитан-лейтенанта Л. Де Вильерса пострадал гораздо сильнее, чем лидер флотилии. Он получил полный залп 127-мм снарядов, разворотивший борт, после чего затонуло всего за минуту. До берега сумели добраться всего несколько человек. Они пересекли неширокую полоску норвежской территории и добрались до нейтральной Швеции, где были интернированы до конца войны. «Хотспур» капитан-лейтенанта Г.Ф.Г. Лэймана получил серьезные повреждения. Его средства связи и рулевое управление были выведены из строя. Маленький лазарет эсминца был буквально забит мертвыми и ранеными. «Хостайл» капитана 2 ранга Дж.П. Райта в жестоком бою с немцами получил небольшие повреждения, но сумел прорваться. Каким-то чудом «Хэйвок» капитан-лейтенанта Р.Э. Кариджа не получил ни царапины. Однако немецкие эсминцы тоже начали получать повреждения, хотя определить, насколько они пострадали, было сложно из-за скоротечности боя. Прикрывшись дымовой завесой, британские эсминцы сумели оторваться от противника. Они вышли из боя без дальнейших происшествий и помчались по фиорду к выходу в открытое море. Через 30 минут после окончания боя они встретили германское торговое судно, совершенно не подозревающее о разыгравшихся событиях. Оно направлялось в Нарвик. Когда дистанция сократилась, англичане опознали немецкий транспорт боеприпасов «Роуэнфельс» водоизмещением 8460 тонн. Его обстрелял оставшийся невредимым «Хэйвок». Английские снаряды быстро накрыли цель. Яркая вспышка и поднявшийся в небо столб огня и дыма – все, что осталось от «Роуэнфельса». Итак, 3 эсминца сумели вырваться в море и направились домой. Серьезные повреждения «Хотспура» удалось быстро исправить, и отважный маленький корабль смог принять участие в новых боях. Вместе с «Хйвоком» в составе 10-й флотилии он участвовал в бою у Матапана. Вскоре после того, как были получены известия о Первой бое у Нарвика, были произведены награждения. Капитан 1 ранга Уобертон-Ли посмертно получил Крест Виктории. Но более важной наградой стала блестящая страница, которую вписала 2-я флотилия в историю британских эсминцев. Успех флотилии в бою у Нарвика нельзя измерять по количеству участвовавших и потопленных кораблей. Были потоплены 2 германских эсминца и 9 транспортов, еще 5 эсминцев получили повреждения. Но, кроме того, этот бой принес англичанам новый успех, хотя в то время они об этом не подозревали. Германские эсминцы должны были вечером этого дня покинуть Нарвик. Но полученные повреждения не позволили им сделать это. Задержка оказалась достаточно долгой, и в норвежские фиорды вошла другая эскадра британских эсминцев. Она уничтожила уцелевшие германские корабли во Втором бою у Нарвика.

wartspite: История гибели еще одного британского эсминца, которая меня всегда интересовала. К вопросу о том: нужны ли 152-мм снаряды, чтобы остановить эсминцев. Martin H. Brice The Tribals, L 1971 «Сикх» После этого «Сикх» и «Зулу» начали подготовку к операции, которую адмирал Харвуд назван «тщетными надеждами». Англичанам требовалось нарушить систему снабжения армии Роммеля, чтобы ослабить давление на 8-ю Армию в Эль-Аламейне. Самым лучшим вариантом казался набег на Тобрук. К западу от Александрии побережье Северной Африки резко изгибается и образует полуостров, который смотрит на запад, после чего африканский берег снова уходит почти прямо на запад. На карте береговая линия образует нечто вроде зеркального отражения пятерки. Город Тобрук лежит на южном побережье полуострова. Разгрузка в нем производилась через поврежденный транспорт, чьи тяжелые краны, однако, все еще действовали. Ночные воздушные налеты не причиняли почти никакого вреда этому примитивному оборудованию, а бензохранилища были спрятаны в бомбоубежищах. Если бы удалось нейтрализовать Тобрук, Роммелю пришлось бы отступить, так как у него не было достаточного количества автотранспорта для доставки снабжения по суше из Бенгази. Налет на Тобрук казался осуществимым, так как разведка сообщала, что в порту осталось совсем немного солдат противника, но и те покидают гавань перед ночным налетом. Так началось планирование операции «Эгримент». Непосредственно в операции участвовали 4 группы, хотя еще несколько соединений планировалось привлечь к отвлекающим действиям. Соединение А – «Сикх» и «Зулу» предполагалось замаскировать под итальянские корабли, нанеся на полубак красно-белые полосы – опознавательный знак итальянцев. Они должны были принять на борт примерно 350 морских пехотинцев и солдат. Соединение В, которое взаимодействовало с Группой дальнего проникновения пустыни (LRDG), состояло из 73 солдат спецвойск, изображающих пленных, и 21 человека спецподразделений (евреи, переодетые немцами). 21 VTB и МL, на которых находились 150 солдат, составляли Соединение С. В соединение D вошли крейсер ПВО «Ковентри» и 8 эскортных миноносцев типа «Хант». План многочисленных отвлекающих операций включал в себя налет самолетов КВВС на Тобрук, обстрел Эль-Дабы крейсером «Дидо» и 5 эсминцами, рейд САС на Бенгази, рейд Сил обороны Судана на Форт Джало, и рейд LRDG на аэродром Барче. Соединение В, изображающее английских военнопленных под конвоем немецких солдат, должно было войти в Тобрук из пустыни. Нейтрализовав артиллерийские позиции на южном берегу бухты, оно должно было помочь Соединению С. MTB и ML должны были высадить свой десант именно сюда. Подрывным партиям была поставлена задача взорвать портовые сооружения и нефтяные цистерны, пока артиллеристы стоят у вражеских зенитных орудий. Тем временем Соединение А должно было выйти к Марса-Мрейра на северном берегу полуострова с помощью световых маяков, установленных на берегу подводной лодкой «Таку». В 03.00 все солдаты и морские пехотинцы должны были высадиться на берег с 12 несамоходных лихтеров, которые буксируют 4 самоходных. Им предстояло пересечь полуостров, захватить город, уничтожить танкоремонтные мастерские и встретиться с остальными группами. Тем временем солдаты Соединения В (LRDG) должны были прибыть в Тобрук, чтобы довершить уничтожение важных объектов и освободить около 4000 настоящих пленных. Пока происходит все это, «Сикх» и «Зулу» должны были двигаться на запад, но на рассвете им предстояло повернуть назад и на рассвете войти в гавань, форсировав минной поле и прорвав бон. В гавани они должны были простоять на якоре целый день, имитируя крен 15 градусов и выпуская облака дыма и пара. Предполагалось, что их примут за поврежденные итальянские корабли, вероятно эсминцы типа «Навигатори», которые кое-как добрались до Тобрука. Вражеские самолеты-разведчики могли решить, что Тобрук все еще находится в руках войск Оси. Британские пилоты, которым предстояло бомбить береговые сооружения, имели приказ не трогать эсминцы. В сумерках «Сикх» и «Зулу» должны были перетопить все итальянские корабли и суда в порту, забрать личный состав и уходить. Отход прикрывало Соединение D. Зловещие предзнаменования появились уже во время тренировок. Не удалось найти достаточное количество катеров, чтобы перевезти всех солдат Соединения А в одной войне, не нашлось времени для отработки действий несамоходных лихтеров. Предполагалось, что управлять ими будет легко, на самом же деле они легко переворачивались. Они были сколочены из сырого дерева, и между внутренней и внешней обшивкой проложили парусину, чтобы не было течей. Моторы Форд V8 для самоходных лихтеров прибыли буквально перед самой операцией, и их не успели опробовать до установки. «Сикх» и «Зулу», стоявшие на Кипре, тоже не смогли провести достаточное количество тренировок, так как им приходилось постоянно участвовать в противолодочных операциях. 11/12 сентября «Сикх» и «Зулу» приняли на борт штурмовые партии, которые разместились в кубриках. Мотоциклы, бензин, взрывчатка и другое оборудование было сложено вокруг орудийной установки «Y». На каждом эсминце два вельбота были перенесены на вспомогательные шлюпбалки на носу, а их места заняли 25-футовые самоходные лихтеры. 6 несамоходных лихтеров поставили прямо на палубу, и спускать их следовало с помощью кранов для погрузки торпед. На борту «Зулу» капитан 2 ранга Уайт наточил свой специальный нож коммандос. Все было готово к операции. Но к этому моменту «секретной» операции знали буквально все, кроме самих моряков. К ней без всякого разбора привлекли множество народа, а за тренировками следили все зеваки. Это, а также полное пренебрежение мерами безопасности, позволило неприятельским шпионам детально проинформировать свое командование. Даже портовые рабочие кричали: «Тобрук!», когда эсминцы покидали гавань. Кое-что прошло, как намечалось. Диверсионные мероприятия сработали. Соединение В проникло в Тобрук, но когда оно попыталось вывести к целит Соединение С, катера были уничтожены или отогнаны береговыми батареями. Тем временем подводная лодка «Таку» сообщила, что погодные условия позволяют высадить солдат Содинения А. «Сикх» и «Зулу», которых сначала прикрывало Соединение D, пошли таким курсом, чтобы их не заметили вражеские самолеты-разведчики на своих обычных маршрутах, теперь повернули к берегу. Место высадки десанта было затянуто дымом после воздушного налета. В 03.00 «Сикх» и «Зулу» остановились в 2 милях от берега и начали спускать лихтеры. Предполагалось, что это займет 20 минут, но потребовались 40. Работать приходилось в полной темноте, и люди скользили на мокрой палубе. На «Сикхе» оборвался трос шлюпбалки, и его пришлось сращивать. Сильная волна нещадно бросала моторные лихтеры, пока они пытались взять на буксир несамоходные. Буксиры рвались, но все-таки в 03.48 первая волна отправилась в путь. «Сикх» и «Зулу» отошли мористее, чтобы их не заметили. В 04.14 они вернулись, чтобы встретиться с пустыми лихтерами и отправить на берег вторую волну. Но «Сикх» обнаружил только один оторвавшуюся шлюпку, которая так и не дошла до берега. Поэтому эсминцы подошли еще на одну милю ближе к берегу. Несколько лихтеров добрались до цели, но противник уже объявил тревогу, и десант завязал перестрелку с немецкими и итальянскими солдатами, моряками и карабинерами. Прошли уже 2 часа с назначенного момента высадки. В 05.05 «Сикх» взял на буксир один из лихтеров, но тут прожектор с берега внезапно осветил его. «Зулу» отошел на 5 минут, а потом повернул прямо на прожектор. Корабли и береговые батареи открыли огонь. На берегу находились легкие зенитки и 127-мм орудия, но наиболее смертоносными, как всегда, оказались знаменитые 88-мм. Один 88-мм снаряд попал в рулевой отсек «Зулу», разбил рулевой мотор и уничтожил систему принудительной смазки, что привело к неизбежной остановке машин. Второй снаряд взорвал кранцы возле установки «А». Там вспыхнул сильный пожар, в котором погибли и получили ожоги почти все подобранные морские пехотинцы, а заодно и аварийная партия. Вторая группа морских пехотинцев оказалась блокированной в кубриках. Аварийные партии постарались оказать помощь раненым, затопили погреба «А» и «В» и попытались потушить пожар. «Сикх» описывал круги на скорости 10 узлов, но постепенно терял ход. Третий снаряд попал в КДП, и дальше орудиям пришлось стрелять самостоятельно. Когда «Сикх» остановился, капитан 1 ранга Майклтвайт приказал всем английским кораблям уходить, пока «Зулу» не отбуксирует «Сикх» подальше. «Зулу», который сам получил попадания, бросил все лихтеры и подошел к «Сикху». Поврежденный эсминец все-таки еле-еле двигался. Его перемещения и сильная волна помешали завести буксир. «Зулу» ткнулся в систершип и отошел для второй попытки. Четвертый снаряд взорвал подрывные заряды, сложенные вокруг установки «Y» и вызвал сильный пожар на корме. Затем пятый снаряд попал в установку «В», перебив весь расчет. Их места заняли другие моряки, и установка возобновила стрельбу. «Зулу» снова подошел. Хотя он получил еще попадание, но повреждения были незначительными. Заведенный бросательный конец оборвался, и «Зулу» описал еще один круг. Капитан 1 ранга Майклтвайт вышел на бак, чтобы лично проследить за работой, и как раз в этот момент шестой снаряд попал в мостик. С «Зулу» передали бросательный конец, к которому был привязан трос. Уже полностью рассвело. Едва корабли успели сдвинуться с места, как 88-мм попал в квартердек «Зулу» и оборвал буксир. Надежды спасти «Сикх» не осталось. «Зулу» поставил дымовую завесу и совершил новый заход, теперь уже для того, чтобы снять людей с поврежденного эсминца. Но это было слишком опасно, и в 07.08 капитан 1 ранга Майклтвайт приказал капитану 2 ранга Уайту уходить. «Зулу» поставил еще одну завесу, чтобы скрыть гибель «Сикха». Затем капитан 2 ранга Уайт подошел к уцелевшим MTB и ML и приказал им отходить вдоль берега. «Зулу» развил 30 узлов и вскоре оказался уже в 6 милях от берега. Далеко позади самолеты кружили над двумя столбами дыма. Пылающий «Зулу», над которым и поднимался этот дым, все еще отбивался, получая одно попадание за другим. Установка «Х» стреляла, пока не кончились заготовленные снаряды. Секретные документы были выброшены за борт, сбросили так и все, что могло плавать. Капитан 1 ранга Майклтвайт взорвал подрывные заряды, затопив машинные и котельные отделения, в последний раз обошел корабль и тоже прыгнул за борт. «Сикх» тонул долго. Сначала он лег на правый борт, потом перевернулся и лишь затем ушел на дно. Снаряды продолжали сыпаться градом, падая среди плавающих моряков, многие из которых имели сильные ожоги. Их также обстреливали самолеты, но люди цепляли за плавающие обломки, надеясь, что их вынесет к Тобруку. Выйдя на берег, они могли попытаться дойти до английских позиций. Кто-то нашел мотор одного из лихтеров и соорудил подобие самоходного плота. Он направился в Александрию со скоростью 1 узел. Находившийся мористее один из лихтеров «Зулу» тоже взял курс туда. Обе группы были обнаружены с воздуха, и к ним подошли вражеские десантные баржи. Первый вопрос, который задали капитан 1 ранга Майклтвайту на допросе, звучал так: «Вы опоздали на 2 часа. Почему?»

Дмитрий: Блин, а вот эти книгт действительно жалко . А они в принципе на русском есть?

wartspite: WITH ENSIGNS FLYING - The Story of H.M. Destroyers at War 1939-1945 DAVID A. THOMAS Loindon: Kimber Pocket Editions., 1958 XVII. Битва у Нордкапа Почти ровно через год после успешного прорыва в Россию конвоя, который прикрывали эсминцы Шербрука, корабли Флота Метрополии снова вышли в море, чтобы сопровождать конвой JW-55B, последний конвой 1943 года. Операция завершилась классическим морским боем между «Шарнхорстом» и эскадрой адмирала сэра Брюса Фрезера, в результате которого был потоплен немецкий линейный крейсер. В этой битве участвовали корабли всех классов – крейсера, эсминцы и линкор «Дьюк оф Йорк», причем британские моряки продемонстрировали исключительный уровень мастерства. Особенно прекрасно действовали эсминцы. Самым главным их противником оказалось штормовое море. Но, несмотря на ужасную погоду, они сумели сблизиться с противником и всадили в него несколько торпед, которые и привели к гибели «Шарнхорста». Как было уже не раз в истории северных конвоев, именно эсминцы внесли решающий вклад в успех операции. При защите торговых судов эсминцы отличились более чем какие-либо другие корабли. Презирая опасность, они отважно бросались навстречу противнику, будь то германские крейсера или большие эсминцы. Десятки раз наши эсминцы демонстрировали присутствие духа и смелость, столкнувшись со значительно более сильным врагом, и брали верх. И на сей раз, в битве с «Шарнхорстом», две флотилии этих отважных кораблей вписали новую блестящую страницу в книгу славы Британских Эсминцев. Сам конвой не сыграл в бою никакой роли, разве что послужил приманкой, а рыбка, которая бросилась на нее, весила целых 26000 тонн. Конвой JW-55 был разделен на две части – конвои А и В – и это история конвоя JW-55B. Обратный конвой, следующий в Англию, имел обозначение RA-55. В день Рождества 1943 года JW-55B находился в океане, следуя в Россию. А далеко у югу от его маршрута затаился коварный враг… * * * «Шарнхорст» вместе с флотилией эсминцев отдыхал в Альтен-фиорде, расположенном на севере Норвегии. Эскадрой командовал контр-адмирал Эрих Бей, имевший неплохую репутацию в германском флоте. Однако по британским стандартам Бею недоставало многих качеств, необходимых командиру эскадры. Его нельзя было сравнить с Вайэном или Харвудом. Он стал командиром чисто случайно. Адмирал Кумметц, командующий Боевой Группой, находился в отпуске в Германии. В его отсутствии контр-адмирал Бей, командовавший эсминцами, был назначен временным командующим. Он считался способным командиром, однако ему сильно не повезло в том отношении, что впервые за время службы он получил под командование крупный корабль и сразу же столкнулся со значительно более сильной британской эскадрой. Первые лучи солнца осветили Альтен-фиорд ближе к полудню, на севере зимние дни коротки. В вот в этом полумраке германская эскадра готовилась праздновать Рождество, как это обычно было принято – на покрытых снегом склонах гор вокруг фиорда даже были утроены лыжные гонки. Гораздо менее приятным оказался праздник для экипажей 8 немецких подводных лодок, патрулировавших в море. У пилотов Люфтваффе тоже нашлась работа, и несколько самолетов постоянно крутились над Баренцевым морем, несмотря на ужасный штормовой ветер, вздымавший огромные волны. Несмотря на очень плохую погоду, низкие тучи и малую видимость, один немецкий самолет все-таки сумел обнаружить конвой, идущий на восток. Самолет тут же радировал об этом на базу. Он сообщил, что конвой состоит примерно из 20 транспортов в сопровождении 3 крейсеров и примерно десятка эсминцев. Другой самолет заметил британский линкор, однако его донесение командование немецкого флота получило только через двое суток после гибели «Шарнхорста». Решение отправить в море Боевую Группу было принято Верховным командованием германского флота. Решиться на такое было крайне сложно, однако возможность нанести мощный удар противнику и уничтожить несколько транспортов с ценным грузом, чтобы таким образом облегчить положение армии, ведущей тяжелые бои на Восточном фронте, оказалась решающим фактором. Поэтому Бей получил приказ выходить в море с эскадрой из прекрасного линейного крейсера и 5 больших эсминцев. Однако все обстоятельства оказались против германского адмирала. Он отправил свои эсминцы на поиски конвоя, чтобы потом вызвать флагманский корабль. Увы, больше они так и не встретились. Гораздо хуже было то, что все донесения о британских кораблях, которые получил Бей, оказались совершенно ошибочными. Британские соединения, с которыми мог столкнуться «Шарнхорст», были расположены так, что немецкий линейный крейсер пошел прямо в расставленные силки. Англичане имели значительные следующие. Соединение 1: крейсера «Белфаст», «Норфолк» и «Шеффилд», которыми командовал контр-адмирал Барнетт. Ему на помощь была отправлена флотилия прекрасных эсминцев из состава сил непосредственного прикрытия конвоя. Это были «Мушкетер» (капитан 2 ранга Р.Л. Фишер), «Матчлесс» (капитан-лейтенант У.С. Шоу), «Оппортюн» (капитан 2 ранга Дж. Ли-Барбер) и «Вираго» (капитан-лейтенант Э.Дж.Р. Уайт). Давайте на минуту обратим чуть более пристальное внимание на последний корабль. На тот момент это был новейший корабль, всего несколько недель назад вышедший с верфи. «Вираго» едва успел закончить курс боевой подготовки в унылых водах на севере Англии рядом со Скапа Флоу. В команде корабля было совсем немного опытных офицеров и унтер-офицеров, но почти три четверти рядовых матросов были призывниками военного времени, которые впервые вышли в море именно на борту «Вираго». Это корабль был новым практически во всех отношениях, и он получил крещение огнем, и неопытный экипаж прошел огненную купель самым достойным образом. Соединение 2: линкор «Дьюк оф Йорк» водоизмещением 35000 тонн, вооруженный 10 – 356-мм орудиями и легкий крейсер «Ямайка». Их прикрывала флотилия эсминцев, состоящая из «Сомареца» (капитан-лейтенант Э.У. Уомсли), «Сэведжа» (капитан 2 ранга М.Д.Г. Мейрик), «Скорпиона» (капитан-лейтенант У.С. Клустон) и норвежского эсминца «Сторд» (капитан-лейтенант С. Стурехейл). Весь праздничный день и всю ночь конвой медленно пробивался сквозь шторм далеко к северу от мыса Нордкап. Соединение 1 держалось южнее него, справа по носу, чтобы иметь возможность перехватить немецкий рейдер, если он выйдет из норвежских фиордов. Барнетт знал, что менее чем в 200 милях к юго-западу от его крейсеров следует Соединение 2 адмирала сэра Брюса Фрезхера. Бей охотно отдал бы правую рукуза такую информацию, но, увы… Чем дальше на север заходил «Шарнхорст», тем дальше на восток двигалось Соединение 2, и тем туже затягивалась петля. Утром в Сочельник крейсера Барнетта находились в полной боевой готовности. Эсминцы держались чуть ближе к конвою. Напряженное ожидание завершилось в 08.44 – на экране радара «Белфаста» появилась отметка. Неизвестный корабль находился на расстоянии 32000 ярдов. И примерно через 40 минут был замечен немецкий линейный крейсер. Еще через несколько минут, в 09.27, англичане открыли огонь. Битва началась. Хотя «Шарнхорст» был гораздо сильнее любого из английских крейсеров, именно «Норфолк» добился первого попадания. Хотя его снаряды не могли потопить линейный крейсер, более тяжелый удар трудно было даже представить. Своим третьим залпом «Норфолк» буквально ослепил противника, снеся антенну радара, установленную на верхушке фок-мачты. В результате уже в самом начале боя «Шарнхорст» лишился «волшебного ока», способного видеть сквозь полярную мглу. Теперь ничто не могло предупредить немцев о приближении смертельной опасности. Видимость оказалась ограничена полем зрения наблюдателей, а этого было мало, слишком мало. Однако больше чем потеря радара Бея могли насторожить откровенная агрессивность и упорство британских кораблей. По всем законам крейсерам полагалось броситься наутек. Вместо этого они полным ходом пошли навстречу линейному крейсеру, ведя огонь из всех орудий. Немецкий адмирал, опознав корабли, с которыми вел бой, заколебался, так как опасался торпедной атаки. Быстро приближающиеся крейсера и повреждения, полученные «Шарнхорстом» в самом начале боя, решили за него. «Шарнхорст» отвернул прочь. Более тяжелый линейный крейсер легко резал штормовую волну, которая снижала скорость его не столь крупных противников. Немцы держали скорость на 5 узлов больше, чем корабли Соединения 1. Барнетт потерял контакт с противником и повернул обратно к конвою, защита которого была его самый главной задачей. Вскоре к его крейсерам присоединились эсминцы «Мушкетер», «Матчлесс», «Оппортюн» и «Вираго». Теперь Барнетту предстояло решить, где расположить свое соединение. Неправильное решение могло очень дорого стоить конвою. И в этот момент британский адмирал показал себя настоящим знатоком тактики. Он решил занять позицию слева по носу у конвоя, предположив, что Бей попытается обойти конвой спереди и атаковать его с севера, откуда его появления англичане не ждут. В 12.05 выяснилось, что Барнетт был совершенно прав. «Белфаст» передал, что засек противника по пеленгу 075º, то есть почти прямо впереди. Дистанция составляла 26000 ярдов. Через 15 минут противник был замечен визуально, и началась вторая фаза боя. Последовала недолгая перестрелка, не более 20 минут, в ходе которой эсминцам не представилось возможности атаковать противника. В 12.30 «Норфолк» получил попадание, и на нем вспыхнул пожар. Но, несмотря на этот успех, «Шарнхорст» прекратил бой и повернул на юг, чтобы вернуться в Норвегию. Во время этой стычки «Шеффилд» получил небольшие повреждения от осколков разорвавшегося неподалеку снаряда. Теперь крейсера и эсминцы Соединения 1 смогли заняться именно тем, что постоянно отрабатывалось на учениях мирного времени – начать преследование противника. Барнетт мог чувствовать себя полностью удовлетворенным. «Шарнхорст», которого он преследовал, полным ходом шел навстречу Соединению 2. Преследователи держались осторожно и не вступали в перестрелку. Однако «Норфолк» постепенно начал отставать, так как полученные повреждения не позволяли ему держать прежнюю скорость. Вскоре к нему присоединился «Шеффилд», у которого начались проблемы с машинами. Только «Белфаст» и флотилия эсминцев продолжали поддерживать контакт с «Шарнхорстом», постоянно сообщая его координаты командующему. Соединение 2 безостановочно шло на восток, несмотря на огромные волны. Но англичане не теряли бодрости. Расчеты показывали, что встреча с противником произойдет примерно в 16.45 в точке, которая находится в 30 милях на NNW от мыса Нордкап. Расчеты оказались на удивление точными. В 16.40 безмятежное настроение контр-адмирала Бея улетучилось в один миг. Тишину, царившую в эфире, расколола радиограмма «Дьюк оф Йорка». Адмирал Фрезер приказал «Белфасту», который упрямо следовал в 8 милях за кормой «Шарнхорста» осветить противника с помощью осветительных снарядов. Пролетели всего несколько секунд, которые, однако, многим показались долгими часами, и несколько снарядов разорвались высоко в воздухе, залив все вокруг призрачным, мерцающим светом. «Шарнхорст» оказался буквально как на ладони, превратившись в хорошо освещенную мишень для смертоносных 356-мм снарядов флагманского линкора.

wartspite: Уже первый залп дал попадание, хотя снаряд не причинил серьезных повреждений. Бей немедленно приказал удирать. Это было его единственной надеждой. Руль был положен лево на борт, и «Шарнхорст» развернулся кормой к «Дьюк оф Йорку». Британский линкор продолжал вести огонь из носовых башен, а немец, полным ходом мчавшийся на восток, мог отвечать лишь из кормовой. Но этот курс уводил его прочь от норвежских баз, прямо в бескрайние просторы арктического океана. Но все надежды немцев были напрасны. Попадания 1400-фн снарядов «Дьюк оф Йорка» разрывали палубы и корежили переборки отчаянно маневрирующего германского корабля. Он получил несколько попаданий в квартердек, в район миделя и в носовую часть. Однако «Шарнхорст» продолжал уходить, так как его скорость не снизилась, и англичанам никак не удавалось сократить дистанцию. У немцев еще оставался ничтожный шанс оторваться от противника и спастись. Но в этот момент в ходе боя произошел драматический поворот. До сих пор британские эсминцы занимали выжидательную позицию, пока тяжелые корабли играли свои роли в ужасном спектакле, разворачивающемся на ледяных просторах Арктики. Эсминцы лишь с огромным трудом удерживались рядом с «великанами», так как штормовые валы мешали им гораздо сильнее, чем крейсерам и тем более линкорам. Им приходилось самим снижать скорость, чтобы не получить серьезных повреждений. За 5 минут до начала последний фазы боя, которую открыл первый залп «Дьюк оф Йорка», Фрезер приказал эсминцам постараться занять удобную позицию для торпедной атаки, но не атаковать, пока он не прикажет. Теперь, когда вражеский корабль уже ускользал у него из рук, Фрезер приказал эсминцам типа «S» пустить в ход торпеды. Однако в такую ужасную погоду эсминцы еле ползли. Они постепенно сближались с противником, но пока еще не могли атаковать его. Условия на борту эсминцев были, мягко говоря, очень скверными. Огромные валы с чудовищной силой были в борт, и корабль весь содрогался, когда его нос уходил в мутную воду. Через несколько секунд, когда люди уже начали гадать, что же будет дальше, форштевень взмывал вверх, и каскады клокочущей воды летели вниз. Медленно, неохотно корабль взбирался на волну, а спереди уже надвигалась следующая. И вот в таких условиях «Сэведж», «Сомарец», «Скорпион» и «Сторд» мучительно медленно, но все-таки догоняли уходящего левиафана. В 17.13 Фрезер приказал эсминцам атаковать, как только они сумеют это сделать. Но даже через час дистанция все еще составляла около 12000 ярдов. «Скорпион» сообщил, что снаряды британского линкора ложатся недолетами. Наверное, это помогло, так как после нескольких попаданий «Шарнхорст» ненадолго снизил скорость. Однако эсминцам этого вполне хватило, так как дистанция начала быстро сокращаться. За несколько минут до 19.00 «Дьюк оф Йорк» ненадолго прекратил огонь, так как эсминцы сумели занять позицию перед вражеским кораблем и готовились выйти в торпедную атаку. В 18.52 «Сэведж» передал: «Выхожу в атаку». «Скорпион», «Сомарец» и «Сторд» подтянулись к нему и бросились в бой без всякой поддержки, что позволило немецкому линейному крейсеру сосредоточить на них огонь всей своей средней артиллерии, орудия главного калибра просто не имели нужного угла снижения, чтобы стрелять на такой малой дистанции. Но даже средняя артиллерия «Шарнхорста» давала перелеты, что было слабым утешением для моряков эсминцев, которые слышали над головой завывание проносящихся снарядов. В течение нескольких тревожных, хотя в то же время волнительных секунд, пока эсминцы «Сэведж» и «Сомарец», лихо маневрируя, выходили на цель, артиллеристы и торпедисты отчаянно пытались удержаться на ногах. С расстояния 7000 ярдов их орудия открыли ответный огонь по «Шарнхорсту», который теперь превратился в огнедышащий вулкан. В грохот битвы вплелся резкий треск 20-мм и 37-мм автоматов. Струи трассирующих снарядов разрезали темноту. Это было очень красиво, но и смертельно опасно. Пока «Сэведж» и «Сомарец» заходили с северо-запада, «Скорпион» и «Сторд» подкрадывались к «Шарнхорсту» с другого направления – с востока. Так как все 4 эсминца атаковали одновременно, линейный крейсер был вынужден разделить свой огонь по нескольким целям. А поразить их оказалось очень сложно, несмотря на предельно малую дистанцию, так как эсминцы то выныривали на поверхность, то снова скрывались в волнах, большую часть времени представляя собой диковинные подводные лодки. Лишь их мачты и снасти выписывали бешеные зигзаги над свинцовыми волнами. Так как «Шарнхорст» повернул вправо, чтобы уклониться от наиболее явной угрозы, командир «Скорпиона» Клустон решил воспользоваться предоставленным ему шансом. Круто повернув, он выпустил 8 торпед с дистанции 2100 ярдов. «Сторд», следовавший вплотную за ним, сделал то же самое, но произвел залп с еще более близкого расстояния – 1800 ярдов. Затем эта парочка отвернула прочь, ведя бешеный огонь из кормовых орудий. Так как противник поворачивал вправо, положив руль на борт, он оказался хорошей целью и для других эсминцев. «Сэведж» оказался в очень выгодной позиции и дал два залпа по 4 торпеды в каждом. «Сомарецу» повезло меньше. Во время захода на цель он получил попадание и был поврежден, что помешало ему выпустить 4 торпеды. Однако остальные 4 вылетели из аппаратов и пошли прямо на «Шарнхорст». Когда эсминец отворачивал прочь, он получил еще одно попадание, но Судьба хранила его. Оба снаряда, попавшие в «Сомарец», не разорвались. Тем не менее, эсминец был поврежден, и его скорость упала до 10 узлов. На нем были убиты 1 офицер и 10 матросов, еще 11 человек были ранены. После этого все эсминцы передали: «Атака выполнена». Через несколько минут на кораблях ощутили сильные подводные взрывы. По крайней мере 3, но, может быть, и больше из 28 торпед поразили цель. Одна из них пробила зияющую дыру в корме «Шарнхорста». Водонепроницаемые двери были тут же закрыты и задраены, но более двух десятков человек остались в затопленных отсеках. Еще одно попадание пришлось напротив котельного отделения № 1 и вызвало обширные повреждения и затопление. Гораздо более важным стало то, что эти попадания помогли снизить скорость немецкого левиафана. Он охромел, именно этого и желал адмирал Фрезер. Эсминцы поспешно отошли подальше, и снова настал черед «Дьюк оф Йорка». Дистанция заметно сократилась, благодаря тому, что немецкий корабль был вынужден много маневрировать при отражении атаки эсминцев. Теперь 1400-фн снаряды британского флагмана раз за разом поражали цель, и их взрывы вызвали огромные разрушения во внутренних отсеках «Шарнхорста». В 19.06 Фрезер приказал «Ямайке» добить линейный крейсер торпедами. Однако битва еще не завершилась. «Шарнхорст» упрямо продолжал отбиваться, его орудия стреляли, а боевой флаг по-прежнему реял на мачте. «Ямайка» и «Белфаст» сблизились с целью и выпустили торпеды. Они претендовали на 2 вероятных попадания. Как только крейсера завершили свою атаку, на сцене появились еще 4 эсминца – «Мушкетер», «Матчлесс», «Оппортюн» и «Вираго». Их задача была гораздо проще, чем у недавно атаковавших «S», так как теперь линейный крейсер почти полностью потерял ход, а его орудия стреляли лишь спорадически. Настало время нанести решающий удар. «Мушкетер» и «Матчлесс» атаковали немецкий корабль с левого борта, а «Оппортюн» и «Вираго» – с правого. «Мушкетер» подошел на расстояние 1000 ярдов, чтобы выпустить свои 4 «рыбки». По крайней мере 2 из них попали в обреченный корабль между трубой и грот-мачтой. «Матчлесс» шел следом за лидером, однако его постигла неудача. Уже в момент атаки выяснилось, что торпедные аппараты развернуты на правый борт, когда следовало развернуть их на левый. Но прежде чем с мостика поступил нужный приказ, огромный вал повредил систему связи и торпедисты так ничего и не услышали. В результате атака просто не состоялась. «Оппортюну» и «Вираго», атаковавшим с другого борта, повезло больше. Головной «Оппортюн» увидел, что цель ярко освещена осветительные снарядами, но при этом ее окутывал дым многочисленных пожаров. Эсминец навел свои торпедные аппараты и дал два залпа по 4 торпеды. Он добился, как минимум, двух попаданий. «Вираго» со своим неопытным экипажем последовал за ним и выпустил 7 торпед. Когда эсминец уже отворачивал, чтобы уйти прочь, на нем заметили две яркие вспышки, которые свидетельствами о попаданиях в плавучую развалину, еще недавно бывшую линейным крейсером. Словно для того, чтобы выразить свое презрение к врагу, «Вираго» выпустил по немецкому кораблю несколько 114-мм снарядов. «Шарнхорст» теперь представлял собой жалкое зрелище. Внутренние пожары буквально пожирали его, и сквозь пробоины в бортах виднелось тусклое красно свечение. Повсюду на палубах валялись мертвые, раненые и умирающие, однако, как ни странно, моральный дух уцелевших оставался высоким. Уцелевшие орудия продолжали стрелять, пока у них не кончались снаряды. К 19.40 единственное, что еще модно было видеть сквозь плотную пелену дыма, это багровое свечение пожаров. Через 4 минуты командующий приказал всем кораблям покинуть район боя, исключая те, на которых еще остались торпеды, и одного эсминца, чтобы осветить цель прожектором. В 19.56 «Скорпион» радировал, что пытается найти цель, но видит только плавающие обломки. «Шарнхорст» затонул, и никто не видел его последние мгновения. Примерно в 21.00 Фрезер отправил в Адмиралтейство донесение о победе, которую подтвердили показания нескольких немцев, подобранных из воды «Скорпионом». В это время в Скапа Флоу, где стояли остальные корабли Флота Метрополии, праздновали святки, и новость разлетелась по кораблям со скоростью молнии. Мы в кают-компании «Камберленда» были рады, что в битве участвовал наш старый товарищ «Норфолк». Через несколько дней победители вернулись в Скапа и вошли в гавань вечером 1 января 1944 года. Команды всех кораблей были построены по большому сбору, но «Дьюк оф Йорк» и «Ямайка» скоромно стали на якоря возле острова Флотта, где не были слышны приветствия. Эсминцы проявили меньше скромности. Мы могли легко опознать их по развевающимся вымпелам: «Сэведж» Мейрика, отважный норвежский «Сторд», два новых корабля типа «М», еще более новый «Вираго». Они торжественно прошлись вокруг стоящих в гавани кораблей. Несмотря на тусклую серую окраску военного времени, они устроили красочный спектакль в этот хмурый зимний день. * * * До сих пор мы уделяли мало внимания конвою, который послужил приманкой для немецкого линейного крейсера. Мы покинул его в тот момент, когда он продолжал свой путь к цели. Бой устранил угрозу со стороны надводных кораблей. Атаки подводных лодок и самолетов были успешно отбиты кораблями 17-й флотилии эсминцев, которую возглавлял «Онслоу», и конвой прибыл в Россию без потерь. Так завершился 1943 год на мурманском маршруте, и закончился он на счастливой ноте. Если бы мы это знали тогда, то смогли бы использовать эти сведения с большей пользой. Хотя конвои 1944 и 1945 годов тоже подвергались опасности, самое худшее уже было позади. Самый тяжелый момент был пройден, и до окончания войны оставалось еще 18 месяцев. Немецкие надводные корабли больше не пытались напасть ни на один конвой. До окончания войны в Европе всего лишь 20000 тонн грузов отправились на дно. Так закончилась эта фаза морской войны, и британский флот вышел из нее триумфатором, хотя и столкнулся со сложнейшими проблемами. Огромный вклад в это внесли сотни отважных офицеров и матросов, которые самоотверженно сражались, отважно встречая противника, ужасные холода Арктики и страшные шторма. К маю 1945 года, когда окончилась война в Европе, в Россию было отправлено 40 конвоев. Общее число транспортов в них составило 792, из них 63 были потоплены. Из 739 судов, пытавшихся совершить обратный переход, погибли 28. Наши потери в людях тоже были серьезными. Погибли 828 офицеров и матросов торгового флота. Потери Королевского Флота оказались заметно больше – 1840 человек. Большинство из них составили экипажи кораблей, потопленных в Арктических водах: 2 крейсера и 6 эсминцев – «Матабеле», «Сомали», «Акейтес», «Патрридж», «Харди» и «Махратта», 3 шлюпов, 2 фрегатов, 3 корветов и 3 тральщиков. В обмен на это противник потерял 11 подводных лодок, которые были потоплены при попытках атаковать русские конвои, несколько эсминцев, линейный крейсер «Шарнхорст» и десятки самолетов. Россию получила множество ценных грузов, доставленных на кораблях этих конвоев. Из 4 миллионов тонн грузов только 300 тысяч тонн не дошли до подвергавшихся постоянным бомбежкам русских портов. Эти грузы отчаянно требовались русским для продолжения борьбы против немцев. Если бы они не попали в Россию, трудно сказать, насколько было бы замедлено достижение победы на Восточном фронте. Наверняка можно сказать одно – наши жертвы и потери в северных водах были ненапрасными.

wartspite: Вот еще одно предполагавшееся дополнение к Портену. Могу примерно рассказать, что вы еще не получили, благодаря стараниям издательства Вече. К Брагадину были бы добавлены описания боев в заливе Сирт и у Пантеллерии, а также план захвата Мальты (если бы удалось разобраться во всех накладках). В Роскилле появилися бы кое-какие материалы по действиям британских крейсеров, глава из книги Пулмана "Эскортные авианосцы" - "Маленький, но отважный" (рассказ про Одесити), может быть, материалы из того же Пулмана по английским вспом. крейсерам. Эти тексты я в свое время отправлял в Вече и сейчас размещаю из опасения воровства. От непорядочности до нечистоплотности один шаг. Не то, чтобы я опасался, что они появятся за подписью сУрьезных, кУмпетентных товариСЧЕВ из "Морского сборника", но исключить ПОЛНОСТЬЮ такую вероятность НЕ могу. Словом, скажите спасибо гл. редактору Дмитриеву С.Н., который сейчас, как последний трус, еще и прячется, не желая разговаривать и передав отказ от договоренности через мелкую шестерку. И ждите эпохальных произведений. Уровень - полистайте последний журнальчик. «Русский флот на Тихом океане в количественном и качественном отношениях разительно уступал японскому, исключая броненосцев».

wartspite: V&W CLASS DESTROYERS 1917-1945. Preston A. Глава 6 ДЮНКЕРК И ПАДЕНИЕ ФРАНЦИИ "Войны не выигрывают эвакуациями", -- сказал Уинстон Черчилль об операции "Динамо". Однако эвакуация 338000 солдат из Франции лишила германскую армию блестящей победы и сохранила яро армии, которая через несколько лет высадилась в Нормандии. Однако в 1940 году эвакуация основных сил Британского Экспедиционного Корпуса без техники и оружия совсем не казалась первым шагом к D-Дню. Скорость продвижения немцев по Нидерландам и Франции усилила ощущение катастрофы. 10 мая германские войска пересекли границу Голландии, а последний британский корабль покинул Дюнкерк ровно через 25 дней. Мене чем за месяц буквально перестала существовать одна из самых мощных военных держав, а сухопутные силы ее союзника сократились до 1 дивизии. К счастью, флот этого союзника не пострадал, и прочно удерживал передовую линию обороны. В начале октября возникло предложение заблокировать порты Бельгии и{ESC} Голландии. Королевский Флот разработал соответствующий план и Норское Командование должно было получить подкрепления. Когда в 1914 году не удалось заблокировать Остенде и Зеебрюгге, германские субмарины получили базы для действий в Атлантике. Адмиралтейство было полно решимости не повторить старую ошибку. 10 мая 4 эсминца вышли из Дувра В Антверпен и высадили подрывные партии. К вечеру 16 мая были уничтожены нефтехранилища, шлюза и доки были заблокированы, и любое судоходство сделалось невозможным. Единственной потерей стал переоборудованный по программе "Уэйр" эсминец "Валентин". Он был потоплен 15 мая, пытаясь прикрыть паромы Шельды от атаки германских пикировщиков. Кроме того однотипные "Винчестер" и "Вестминстер" были тяжело повреждены. "Вестминстер" не смог добраться до английского порта, однако дополз до Дюнкерка. Только 19 мая удалось послать буксир, который увел его. В этот день погиб еще 1 эсминец. "Уитли" действовал под командованием французов севернее Дюнкерка. Он выбросился на берег после атаки Ju-87. В результате за короткое время из строя выбыли 4 эсминца программы "Уэйр". Первые признаки несчастья появились 20 мая. Адмирал Рамсей созвал совещание, чтобы обсудить возможности флота по эвакуации большого количества войск из Франции. Немцы продолжали наступать, вбив клин между английским и французскими армиями. Ситуация ухудшалась час от часа. Поэтому перед британским главнокомандующим лордом Гортом все больше вставала проблема отступления к побережью. Нужно было найти подходящий порт, желательно такой, чтобы корабли могли принимать войска прямо с причалов. Кандидатами были 3 французских порта: Дюнкерк, Кале и Булонь. Было определено, что потребуется вывозить по 10000 человек в день. Для эвакуации подготовили 16 пассажирских судов, начались работы по сбору мелких судов и яхт. Так как для штаба эвакуации было выбрано старое помещение динамо, то и операция получила название "Динамо". 22 мая эсминцы "Вимиера" и "Уитшэд" прикрывали перевозку 20 гвардейской бригады в Булонь, чтобы обезопасить порт от наступления 2 танковой дивизии немцев. Когда корабли прибыли в порт, то оказалось, что пирсы забиты брошенными машинами и техникой, однако героическими усилиями порядок удалось восстановить. Это позволило эвакуировать большое число раненых, беженцев и отставших. На следующий день немцы провели мощную атаку, однако гвардейцы удержали наскоро созданный периметр. Эсминцы "Кейт", "Вими" и "Уайлд Свон" обстреливали все цели, которые могли -- пехоту, танки, мотоколонны. "Уитшэд" вместе с другими эсминцами прикрывал перевозку стрелковой бригады в Кале. Как только эта задача была выполнена, пришел приказ следовать в Булонь. На входе в гавань его и "Кейт" обстреляли немецкие пулеметы. Принимая на борт носилки с пирсов, эсминцы обстреливали пулеметные гнезда из 4.7" орудия с дистанции менее 1000 ярдов. Когда они ушли, их место занял "Вими", сделавший несколько выстрелов по форту де ля Креше, который теперь находился в руках немцев. Англичане с удовлетворением наблюдали сильный взрыв. К концу дня положение в Булони стало настолько скверным, поэтому был отдан приказ выслать эсминцы и немедленно начинать эвакуацию. Хотя "Уитшэд" направлялся в Дувр с ранеными на борту, на его место прибыли еще 3 эсминца: "Венеция", "Вимиера", "Веномес". "Уитшэд" позднее прибыл, чтобы помочь "систер-шипам" эвакуировать защитников. Ему тоже пришлось обстреливать пулеметы главным калибром. Он и "Вимиера" приняли вместе 1000 человек. Когда "Венеция" выходил в темноту между волноломами, он попал под огонь тяжелой артиллерии. Возможно немцы хотели потопить эсминец на входе в гавань и заблокировать ее. Расчет орудия "В" был перебит прямым попаданием, капитан и все люди на мостике получили ранения, в результате чего эсминец вылетел на мель. К счастью, капитан-лейтенант Джонс принял командование, и корабль сумел убраться. Когда он двигался задним ходом, "Уайлд Свон", стоящий у пирса, заметил германские танки, входящие в город. Один смелый танкист решил разведать широкую улицу, ведущую к порту, но был остановлен прямым попаданием. Когда к пирсу подошел "Веномес", он заметил подразделение германских мотоциклистов, мчавшееся по причалам. Огонь 2-фн пом-пома привел колонну в полное замешательство. "Виндзору" было приказано покинуть Кале. Он прибыл в 23.30, забрав около 600 человек. Последние 2 неповрежденных эсминца Дуврского Командования -- "Вимиера" и "Уэссекс" -- получили приказ помочь. Однако "Уэссекс" завернул в Кале, поэтому "Вимиера" прибыл к Булонь один. Порт был полностью покинут. Подойдя к причалу, эсминец какое-то время простоял в полной тишине. Нервы у всех были напряжены. Офицеры и матросы пытались звать соотечественников, но не получали ответа. Наконец был отдан приказ отходить. И как раз в этот момент хлынул поток французских и бельгийских солдат и беженцев, которые, похоже, скрывались неподалеку. С ними был гвардейский офицер, который сообщил командиру "Вимиеры", что остались еще около 1000 человек. К 2.45 эсминец принял на борт 1400 пассажиров. Был забит буквально каждый дюйм, исключая орудийные площадки. Эсминец покидал гавань под сильным артиллерийским обстрелом и воздушными атаками. Он был последним британским кораблем, покинувшим Булонь. Далее сопротивление оказывали только разрозненные группы французских солдат, окопавшихся на окраинах города. В руках англичан остались только Кале и Дюнкерк. Надежда удержать Кале была весьма шаткой. 23 мая эсминцы обстреливали берег, поддерживая защитников, несмотря на воздушные атаки. При этом был потоплен "Уэссекс" и повреждены "Вимиера" и польский эсминец "Бужа". На оставшихся эсминцах кончились боеприпасы, и "Волфхаунд" и "Верити" ушли в Дувр. Адмирал Рамсей и его штаб надеялись эвакуировать большую часть защитников, однако начальник Имперского Генерального Штаба послал радиограмму в Кале, сообщив, что эвакуация гарнизона невозможна. Однако флот продолжал подготовку, не обращая внимания на это. Ночью 25 мая было отправлено соединение малых кораблей, чтобы ожидать возле Кале. Хотя несколько кораблей сумели проскочить в порт и забрать раненых, гарнизон Кале сражался до следующего дня без помощи. Бригада была принесена в жертву, чтобы обезопасить Дюнкерк и сделать возможной операцию "Динамо".

wartspite: * В воскресенье 26 мая в 18.57 началась операция "Динамо". Были собраны 36 пассажирских судов (в основном Ла-Маншские паромы), 40 голландских "шюйтов" и множество барж и каботажников. На этой стадии использование эсминцев не предусматривалось, они все должны были выполнять функции эскорта и обстреливать берег. Линия фронта Британского Экспедиционного Корпуса стремительно сокращалась, однако войска еще не были прижаты к берегу, и фронт был весьма подвижен. До капитуляции бельгийцев 27 мая не было нужды бросать в дело все имеющиеся корабли, что Рамсея пришлось сделать в этот день. Были отправлены все патрульные эсминцы, "Волфхаунд" обеспечивал связь с Дюнкерком. Чтобы эсминец мог выполнить эту важнейшую задачу, на него было отправлено специальное подразделение связистов во главе с капитаном 1 ранга У.Г. Теннантом. 28 мая были отправлены "Маккей", "Монтроз", "Вустер", "Сэйбр", "Энтони". Когда стало ясно, что еще можно использовать разгромленные пирсы Дюнкерка, туда пошли пассажирские суда. Позднее прибыли эсминцы "Кодрингтон", "Галлант", "Гренейд", "Ягуар", "Джейвлимн", "Харвестер", "Малькольм", "Эск", "Экспресс", "Шикари", Симитер", и количество эвакуированных резко возрасло. "Кодрингтон" во время первого похода принял 700 человек, и уже 900 человек во время второго. Имея высокую скорость и отличную маневренность, эсминцы резко сокращали "время оборота", несмотря на то, что мелководье ограничиваоло их скорость 22 узлами на большей части маршрута. За сутки 24 мая в Англию были вывезены 17804 человека. Рамсей и его штаб начали смотреть на вещи более оптимистично. Появилась надежда все-таки вывезти главные силы Экспедиционного Корпуса. Однако цена была высокой. Были повреждены "Виндзор" и "Уолси". Следующий день стал самым худшим с точки зрения эсминцев, так как погибли 2 корабля. "Уэйкфул" совершил несколько походов, и рано утром он направлялся в Дувр вместе с "Графтоном" через проход Зюйдкот. Эсминец шел зигзагом со скоростью 20 узлов. Но незадолго до 1.00 были замечены следы 2 торпед, и почти сразу одна попала в середину корпуса эсминца. Старый "Уэйкфул" разломился надвое и затонул в течение 15 секунд. Спаслось всего несколько человек команды, а у большинства солдат просто не осталось никакого шанса. Подошли дрифтер "Наутилус" и маячное судно "Комфорт". Они помогали "Графтону" и тральщику "Лидд" искать спасшихся. Однако не успел командир "Уэйкфула" капитан 2 ранга Фишер предупредить "Графтон" об опасности, как тот получил попадания 2 торпедами. Вражеским кораблем, который был повинен в происшедшем, скорее всего был торпедный катер S-30, хотя в то время подозревали подводную лодку. Последствия были печальными. "Комфорт" скрылся из вида, а когда он снова появился, тонущий "Графтон" и "Лидд" приняли его за вражеский торпедный катер. Шквалом огня с короткой дистанции была перебита большая часть команды и солдат, в том числе почти все спасенные с "Уэйкфула". После этого "Лидд" протаранил его на полной скорости. "Графтон" получил 2 торпеды. Та, что взорвалась под кают-компанией убила 35 армейских офицеров, которые там спали. Торпедный катер обстрелял из пулемета мостик, убил капитана эсминца и скрылся в темноте. Большая часть спасшихся была снята, но все-таки на этих 2 кораблях погибло более 1000 человек, что само по себе трагедия. Мелкие воды Дюнкерка были идеальным местом для торпедных катеров, и просто поразительно, что подобные трагедии не повторялись каждый из 9 дней Дюнкерка. У "Монтроза" был оторван нос, и он беспомощно стоял под лучами германских прожекторов с мыса Гри-Не, пока буксиры не увели его. "Интрепид" и "Саладин" были повреждены, многие корабли на переходе попали под мощные атаки с воздуха. "Гренейд" загорелся, пока стоял на рейде. Эсминец сдрейфовал в открытое море, напоминая всем о своем имени (Grenade -- граната), пока рвались боеприпасы. Кроме опасности бомб и мин кораблям приходилось проскакивать сквозь клещи германских орудий севернее и южнее Дюнкерка, так как фарватер какое-то время шел вдоль берега. В четверг 30 мая эсминцы поставили новый рекорд, принимая больше людей, чем когда-либо ранее. "Сэйбр" вывез в Дувр 1700 человек за 2 рейса, "Уолси" -- 1677 человек за 3 перехода, "Вими", "Вэнкуишер", "Вивейшиэс", "Уайтхолл" и "Экспресс" каждый вывезли более 1000 человек. Кроме этой феноменальной работы на эсминцы упала большая часть патрулирования. Приходилось держать заслон, чтобы отразить угрозу торпедных катеров и не допустить повторения трагедии "Уэйкфула" и "Графтона". Приходилось караулить оба фланга дюнкеркского периметра, эсминцы вели непрерывную контр-батарейную стрельбу. Учитывая это, работа эсминцев у побережья оказалась даже еще более напряженной. Можно только удивляться, как люди и корабли выдержали это. История продолжилась 1 июня, когда немцы нанесли мощнейший удар по судам, сочетая его с наступлением на суше. Были потоплены эсминцы "Кейт" и "Базилиск", поврежденные "Айвенго" и "Вустер" сумели доковылять до дома. Мощь воздушных атак была такой, что начнись они раньше, операция "Динамо" была бы сорвана. К счастью, гавань не была заблокирована потопленными судами, и эвакуация продолжалась до 23730 воскресенья 2 июня, когда капитан 1 ранга Теннант передал по радио: "Британский Экспедиционный Корпус эвакуирован". Оставалось лишь вывезти арьергарды. Хотя на берегу почти не осталось британских солдат, 30000 французов еще сражались, и адмирал Рамсей решил попытаться спасти их ночью 3 июня. Снова ключевую роль сыграли эсминцы. Несмотря на внезапное появление 40000 французских беженцев и полный хаос на берегу, удалось вывезти 26000 человек. К несчастью непредвиденное появление 40000 невооруженных французских солдат, которые скрывались во время эвакуации, сделало невозможным эвакуацию отважно сражавшегося арьергарда генерала Бартелеми. Места тех, кто до последней минуты сражался на периметре вокруг Дюнкерка, заняли дезертиры. Несмотря на сорванные в последние 2 дня планы Рамсея, предыдущая неделя была просто чудом. Из 38 эсминцев, участвовавших в операции "Динамо", 16 были старичками V и W ("Маккей", "Малькольм", "Монтроз", "Вэнкуишер", "Веномес", "Верити", "Вими", "Вивейшиес", "Уэйкфул", "Уайтхолл", "Уитшэд", "Уинчелси", "Виндзор", "Волфхаунд", "Уолси", "Вустер"). Если позднее 50 старых американских эсминцев помогли восполнить потери, то какой бы стала ситуация в критический момент, если бы в 30-х годах эти старики были бы списаны? Если бы к 1940 году не уцелели эсминцы типов V и W, нахватка кораблей этого класса могла стать катастрофической. Эвакуация могла быть сорвана, и что гораздо хуже -- у флота не осталось бы эсминцев для отражения планируемого Гитлером вторжения. Все-таки есть на свете справедливость. Эти эсминцы не смогли проявить себя в предыдущую войну, однако они совершили больше, чем от них ожидали в 1940 году, как ветераны, вновь призванные под знамена. Эсминцы V и W могут считать Дюнкерк своим звездным часом. Вся их деятельность в ходе битвы за Атлантику не может сравниться с работой в мае - июне 1940 года. За 9 дней они провели больше боев, чем за всю остальную жизнь.

Олег: wartspite пишет: V&W CLASS DESTROYERS 1917-1945. Preston A. Глава 6 ДЮНКЕРК И ПАДЕНИЕ ФРАНЦИИ А это уже было издано в вашем переводе Роскилла.

wartspite: Я уже и не помню где что было. Просто в 70-е годы я перевел всю книгу, вот выложу потихоньку.

Scharnhorst: Она же вроде бы целиком выложена на Вашем персональном сайте или на Милитере...



полная версия страницы